Брант, отложив мелок, которым мелко, забористо изрисовал доску, отряхнул руки и уселся за стол.
Продажник со стороны компании ан Маниш что-то активно шкрябал на листке, Адакий, закатив глаза, разочарованно смотрел куда-то под потолок, а Старший Магистр Идрад Радов, чуть полноватый и вечно пахнущий сладким чаем, с уважением и пониманием кивал.
И, видимо, только Ард, незаметно опустившийся на стул, и господин Лашим Инаков (главный конструктор и, по-совместительству, единоличный владелец компании «Лашим Моторы») ничего не поняли. Причем если Ардан еще уловил суть словосочетания «Старшая Печать» (так описывалась главная конструкция в элементах, соединявших в себе сразу несколько печатей в одну, но это тема минимум Синей звезды, так что Ард её пока не касался), то вот конструктор — вряд ли. Он барабанил пальцами, потемневшими от сигарет и грифелей, по своим записям, а второй рукой потирал острый, как нож, подбородок. Да и вообще господин Инаков, несмотря на всю свою славу бывшего ведущего конструктора «Деркс» и весьма немалое состояние, унаследованное от предков лордов Инаковых, выглядел весьма болезненно худым и бледным.
Этим он чем-то напоминал Гранд Магистра Аверского и профессора Ковертского. Да и, пожалуй, всех фанатиков своего ремесла, разменивающих правильный рацион питания и солнечный свет на четыре стены своих лабораторий.
— Можно, пожалуйста, перевести? — голос у него, при этом, звучал мягко и густо, как будто свежее молоко из крынки в кружку наливают.
— Да, господин Инаков, конечно, наш инженер Магистр Брант Унд хотел сказать, что ваша идея потребует сложного сочетания сразу нескольких печатей и их соединения в одну, — несмотря на то, что юркий господин с грубым и редким именем Одурдод Нудский, работал в компании продажником, он, тем не менее, разбирался в Лей-инженерии на уровне выпускника хорошего университета. Потому как им, на самом деле, и являлся.
А регалии и посох не носил, потому как, по его же собственным словам, уже не смог бы наколдовать и простых чар — забыл. Работа его пролегала в несколько иной плоскости.
— Это такая проблема? — господин Инаков отвернулся от Нудского и посмотрел на Бранта.
Магистр и, по-совместительству, старший инженер в их отделе, Брант уже успел открыть свой портсигар и закурить.
— Расчет даже одной базы Розового матроида — это не меньше месяца, господин Инаков, — рука Бранта чуть дрожала, что, насколько успел понять Ардан, означало его крайнюю степень предвкушения и, одновременно, тревоги. — А тут их четыре. Не говоря уже о комбинировании. И, учитывая, ваше требование к реакционистским функциям пассивного щита, то мы переходим к ациклическим подмножествам. И там не только матроиды рунических связей, но еще и графы векторов. И все оно начинает резко путаться друг с другом. Взаимно проникать в расчеты. Понимаете?
— Нет, — честно ответил господин Инаков. — Точно так же, как и вы, Магистр, вряд ли поймете, если я начну с вами обсуждать теоретические идеи создания гидропередачи.
— Скорее всего, — кивнул Брант.
Инаков повернулся к продажнику, который де-юре и являлся главным руководителем их отдела, хотя де-факто данные лавры принадлежали Старшему Магистру Радову, который в данный момент тихонько пил чай. Арду даже показалось, что встреча с заказчиком его и вовсе, по какой-то причине, не интересовала.
— Сколько это будет стоить? — задал главный вопрос Инаков.
Продажник, открыв каталог услуг, вооружился арифмометром и, уже через несколько молниеносных щелчков по рычажкам и клавишам, выдал оглушительную сумму:
— Разработка, проектирование и расчет Многосоставной Печати Высочайшего класса, включая четыре Розовых матроида и, ориентировочно, до десяти парсочетаний двудольных графов так же Розовой звезды, обойдется в две тысячи сто тридцать эксов, — выдал Нудский. — Это уже со скидкой, потому как вы оплатили половину стоимости изначального проекта.
Ардану даже дышать трудно стало. И ведь это не конечная стоимость всего проекта по полному подключению цеха к Лей-оборудованию и воздвижению стационарных щитов, а просто единичное дополнение к конструкции.
— Господин Одурдод, ты еще поддержание посчитай, пожалуйста, — попросил Адакий.
Продажник кивнул и снова защелкал арифмометром.
— При столь значительном усложнении проекта, стоимость ежемесячной оплаты за обслуживание, донастройку и поддержание печатей в активном состоянии, — уже даже сам господин Нудский, отодвинувшись от своего потертого арифмометра, закашлялся. — Триста семьдесят пять эксов в месяц.