Парламент они покинули лишь уже хорошо за полночь.
Арди, уперев предплечья в бортик балконного парапета, смотрел на город. Дом премьер-министра находился в устье лодочного канала, и с его западного крыла открывался потрясающий вид на стрелку Ньювы — Гильдейскую набережную и дальше, через белоснежный покров заснеженной реки, на Дворец Царей Прошлого. Весь в огнях, с прожекторами, бьющими в небо, тот готовился к приему иностранных делегаций.
А Ардан… он просто дышал свежим холодным воздухом. Слегка потрескивающим от мороза и кусающим кончик носа. Совсем несильно. Как кот, пытающийся рассказать незнающему его языка человеку о своих чувствах. Может, и ветер пытался сделать то же самое?
— Держи, капрал.
Ард слышал, как она приближалась к нему. Слышал, как медленно и размеренно билось её сердце. Капитан Алоаэиол подошла к нему со спины и протянула шкатулку. Самую обычную, с неснятой фаской и не покрытую лаком. Арди тут же её узнал. Уже не раз видел.
— Спасибо, — поблагодарил он и, поставив на широкий парапет, вынимал содержимое и поочередно выставлял в крепления на поясе.
Ему наконец, спустя почти два месяца, снова выдали накопители. Причем лейтенант Дагдаг расщедрился на шесть кристаллов для каждой из Звезд. Да, разумеется, феномен Пресыщения не позволял воспользоваться больше чем четырьмя накопителями для каждой из Звезд за день.
Проверив, что накопители не вывалятся, Ардан повернулся обратно ко Дворцу Царей Прошлого. Величественный, воздушный, словно не от мира сего, главный центр Империи возвышался над спящей Ньювой и ленивыми, редкими автомобилями, ползущими по набережной.
— Ты не соглашайся.
— Что? — переспросил Арди, поворачиваясь к капитану.
Странная женщина, прислонившись спиной к бортику, запрокинула голову над каналом и подставила лицо под падающий снег.
— Когда предложат перевестись к нам, к Кинжалам, ты не соглашайся, Снежный Волк, — прикрыв глаза, наслаждаясь морозными поцелуями снега, пояснила Алоаэиол.
— А должны?
— Конечно, — ни секунды не раздумывая, кивнула эльфийка. — Поэтому майор Мшистый тебя у Полковника и выпросил. С момента, как Коршун… как лорд Аверский встретился с Вечными Ангелами, Мшистый постоянно намекает, что тебе не место в дознавателях.
— А какое дело майору Мшистому до…
Ардан не договорил. Кинжалы, подразделение второй канцелярии, работавшее в основном за пределами Империи либо же там, где требовалось не афишировать свою принадлежность к Черному Дому, считались чем-то полумифическим. Либо же отголоском времен, когда вторую канцелярию не опутали по рукам и ногам Парламентские реформы.
Но если вспомнить Катерину — стрелка из отряда Йонатана, Мшистого и всех прочих, то…
— Границы между Плащами и Кинжалами уже давно размыты, Ард, — подтвердила его мысли капитан Алоаэиол. — Полагаю, лет через десять, а может, и раньше, деление на подразделения и вовсе упразднят.
Сомнений не оставалось — майор Мшистый, как, скорее всего, и его «псы», точно так же являлись членами подразделения Кинжалов.
— Спасибо за предупреждение, — коротко ответил Ард.
— Да не за что, — дернула плечиками Алоаэиол. — Сердце у тебя слишком доброе, Ард. Мягкое. И теплое. А если попадешь в сети Закровского, Мшистого и иже с ними, то все, что от тебя в какой-то момент останется, — твоя функция. И не более того.
Ардан смотрел на эту миниатюрную женщину, способную, скорее всего, на такое, от чего у многих мужчин желудок не сможет удержать недавнюю трапезу.
— Ты не подумай, — продолжила капитан. — Я люблю свою страну. Просто… чтобы беречь четыреста миллионов населения, Ард, нужны несколько десятков тысяч тех, кто вот здесь, — она приложила ладонь к сердцу, — ничего не чувствует. Кто не станет сомневаться, отправлять ему на тот свет лорда Криницкого или нет. И уж тем более потом весь вечер не проведет на балконе, размышляя о смысле жизни и всем таком.
— Я не думал о смысле жизни, — буркнул Ард.
— А о чем ты думал?
О Тесс… Об Алькаде. О матушке. Эрти. О своих друзьях. О всем том, чем Арди прежде даже не мечтал обладать.
— Вот видишь, — Алоаэиол приоткрыла глаза и мягко улыбнулась Арду. — Береги эту свою черту, Ард. Пока она у тебя есть — ты человек, а не бездушная машина… как мы.
Ардан протянул ладонь и, прислушавшись к шепоту танцующего вокруг снега, позвал осколок. Маленькая снежинка в форме ласточки взмахнула крыльями и унеслась в сторону океана, закутавшегося в бархатный мрак ночи.