Вечные спутники столицы — фабричный смог, вонь от дизеля и мазута и привкус железа на языке, поджав свои испуганные хвосты, сбежали подальше от шествующей по древним камням Королевы. Белым маревом тянулся шелк её ледяного платья, и хрустом льда стучал посох, выточенный из Снежного Древа.
— Как вы-то, господин маг, угодили к нам, простым смертным? — отнимая ладони от подмышек, Полевка чуть приподнял маску и потер лицо. Забавно, но если бы не они — маски, то, пожалуй, оперативники имели бы все шансы отморозить себе лицо.
Ард вместо ответа вздохнул и покачал головой. Он не очень хотел вспоминать резко изменившего свое отношение капитана Понских. Растеряв всю свою дружелюбную композицию, Старший Магистр, только стоило им вернуться к резиденции премьер-министра, вызвал к себе Арда.
Около четверти часа, ни разу не сбившись, капитан Понских отчитывал своего временного подчиненного. Используя в речи не самые приятные обороты, он сокрушался над тем, что в подразделении Плащей, в отличие от Кинжалов, совсем распоясались. И про то, что он не капитан Пнев и не станет спускать подобного с рук.
Ардан первые несколько минут пытался найти окно возможности для того, чтобы вклиниться и объяснить, что у него не имелось ни малейшей возможности определить в господине Мани наследного принца Священных Эмиратов, но… махнул рукой. Мысленно, разумеется.
Капитан Понских прошлым вечером не то чтобы демонстрировал личную неприязнь к Арду, скорее нашел открытый путь, чтобы выпустить скопившийся в его голове пар. Увы, вентилем, спустившим давление, стал Ард.
По итогу, учитывая, что премьер-министр перед конгрессом собирался весь день провести в резиденции (где, так сказать, встречал тех, кто хотел обратиться к нему с… неофициальными диалогами), Арда отправили в усиление охраны отеля.
И, как заметил Полевка, юноша оказался здесь единственным обладателем посоха в руках и книги на поясе. Во-первых, все здание окутывал воистину титанический стационарный щит, запитанный от целой сети генераторов Розовой звезды. А во-вторых, маги-оперативники Черного Дома, а также армейские маги сидели внутри отеля.
Но, как говорится, таков сон Спящих Духов.
— Так сложилось, — коротко ответил Ард.
Полевка посмотрел на него немного и присвистнул.
— Наверное, вы, Осел, серьезно набедокурили, раз вас выставили в самом прямом смысле на мороз.
Считалось ли «набедокурить», если изнывающий от скуки, добродушный наследник правящей семьи пустыни решил сесть именно к нему, Арду Эгобару, в автомобиль? Пожалуй. Но даже если бы Ардан читал политические колонки «Имперского Вестника» и других газет, то все равно вряд ли бы опознал эль’аль’Машан’ан’Ани в лицо.
Полевка хотел сказать что-то еще, но на башенных часах отеля, последними этажами походящего на замок окончания «предпороховой» эпохи, стрелки указали полночь.
— Давайте двигаться, Осел. А то мне не хочется повторить вашу судьбу. Одной такой ночи мне хватит на следующие несколько лет.
Полевка указал Арду на стоявшего через двадцать метров оперативника. Вместе с шагами часовых стрелок шагали и оперативники. Каждый час они, как на циферблате, меняли свои позиции. Для чего? Ардан понятия не имел. Да и не хотел вдаваться в подробности.
Он был рад провести вечер на свежем воздухе, а на следующий день вместо утренних процедур по проверке безопасности поместья — вздремнуть. По мнению Арда — отличный обмен.
Оставляя за спиной Полевку, на минуту опередившего смену постов (что, если доложить о промахе, уже бы обеспечило оперативнику вторую ночь дозора), Ардан прошел несколько метров и встал с торца здания. Практически вплотную к набережной. На снегу даже остались оледенелые границы чужих ботинок.
Оперативник, больше похожий на надувшегося от мороза кота, переваливаясь с боку на бок, медленно перемещался дальше по снегу, тихим шепотом вознося хвалебные мольбы Вечным Ангелам, что ему не пришлось всю ночь стоять на сквозняке.
Пятачок, где оказался Ард, действительно продувало сильнее прочих.
Юноша снова повернулся к набережной, но милой пары уже и след простыл, а свет в окнах слегка померк. Горожане, устав от дня минувшего, отправлялись ко сну. И, может, лишь немного, но Ардан им завид…
— Чужие, — донесся до него едва различимый шепот.
Арди резко обернулся и вскинул перед собой посох, одновременно открывая гримуар на разделе с целительными печатями. Но все, что увидели его сощуренные глаза, — задрапированное окно первого этажа отеля.
— Эй, Осел! — раздался оклик Полевки, разом растерявший всю жалобность и прозвучавший весьма… железно. — Что-то случилось⁈