Сражение принимало дурной оборот, а точнее — превратилось в битву на истощение. Четверо шиноби Тумана и один генин Конохи были равны в ближнем бою и ниндзюцу, так что ситуация стала патовой. Но, если подумать, для Сенсомы всякая патовая ситуация станет проигрышной, ведь его запасы чакры и выносливости во Вратах строго ограничены. Перерожденный то усиливал напор, то ослаблял его, упрямо не желая применять Пятые Врата и становиться совсем уж бесполезным в бою с Мадарой. Его противники же, наоборот — затягивали бой. Любой другой на месте джонина-наставника Тумана бежал бы от чудовища-Учихи не обращая внимания на генинов, стоящих на пути, а если уж и вступил бы с кем-то в бой, то постарался бы закончить его как можно быстрее, даже пойдя на риск. Нынешний оппонент Сенсомы был достаточно осторожен и умен, чтобы этого не делать, хотя, видит Бог, хотел бы он сейчас уже быть в безопасности и сыграть с Сари в Шахматы (которые, кстати, родом как раз из Страны Огня).
— Вот поэтому вы, блять, и мрете от меня, как мухи! — вдруг раздался над полем боя голос Мусаси. — Потому что полагаетесь только на свое ебаное чувство чакры!
Величайший в мире мечник внезапно оказался прямо позади генина, от которого джонин-наставник пока отвлекся, ибо Сенсома к пареньку больше не порывался, сосредоточившись на чунинах. По подбородку и груди шиноби текла кровь — самурай проткнул врага насквозь со спины — лезвие меча все еще торчало из умирающего «сверхчеловека», а второй клинок мастер держал наготове, на случай нападения.
— Сари-и-и! — закричал джонин и бросился на мечника!
Чунины тоже было дернулись в ту сторону, но вовремя вспомнили о главном противнике, которому их замешательство и выбывание из игры их наставника оказалось только на руку.
Перехват руки правого, одновременный удар по ноге левого — стоящий между ними Мадара выполнил этот прием на одних рефлексах, наблюдая за остальными…
Перехват руки с мечом правого, одновременный удар по ноге замешкавшегося левого — стоящий между ними Сенсома выполнил этот прием на одних рефлексах, наблюдая за тем, как элитный воин Тумана налетел на Бога Самураев и попытался пробить его оборону одной лишь силой своего тела, улучшаемого чакрой.
Ударить правым кулаком левого, поймать его руку и сложить первую печать, используя ее. Не разъединяя пальцев, подтянуть левой рукой правого, сталкивая их друг с другом, добавить ему локтем той же конечности и сложить вторую печать. Нога бьет под подбородок все того же правого, в то время как с левым складывается третья печать, и он получает мощный удар лбом по носу. Пока оба падают, четвертая, и последняя, печать оказывается сложена, а техника Огненного Дракона посылается в тех, кто находится напротив.
Правый чунин скривился от боли и выпустил свое оружие, а потому: ударить левым кулаком правого, поймать его руку и сложить первую печать, используя ее. Не разъединяя пальцев, подтянуть правой рукой левого, сталкивая их друг с другом, добавить ему локтем той же конечности и сложить вторую печать. Нога бьет под подбородок все того же левого, в то время как с правым складывается третья печать, и он получает мощный удар лбом по носу. Пока оба падают, четвертая, и последняя, печать оказывается сложена, тело разворачивается автоматически, ведь в мозгу все эти сложные движения отточены очень и очень много раз, а техника Земляного Дракона посылается в джонина Тумана, которого проницательный Мусаси держал (хоть и с великим трудом) спиной к Сенсоме.
Быстро свернуть шею уже захваченному левому, ошеломить правого новым ударом ноги и отправить его в полет к своим друзьям, самому мгновенно стартуя туда же.
Шея правого чунина оказывается сломана, левый тихо стонет, и Сенсоме приходится опустить следующий далее в комбинации удар ногой, потому что он уже и не нужен. Вместо него, перерожденный буквально поднял на руках тело противника и бросил его в джонина… точнее, к его трупу — Мусаси мастерски воспользовался атакой Земляного Дракона и проткнул своего врага. Чунина он, не долго думая, тоже проткнул насмерть.
— Уебаны… — он наклонился над трупами шиноби. — Че он так разнервничался за пацана? Ебал его поди… Хуесо-о-ос…
— Спасибо вам, — Сенсома не обратил внимания на грубые слова мечника. — Что пришли на помощь.
— Хуйня, — отмахнулся тот. — Слушай, если уж нам драться с тем стремным парнем, может быть перестанешь быть красным полосатым уродом? Побереги силы.