— Так и в чем же цель твоего визита, Мадара-сан? — спросил Тэкео, двигая пешку вперед. Комбинация на доске вырисовывалась на диво сложная. — О чем ты хотел поговорить со мной?
Гости расположились на дощатом полу, как и сам хозяин дома, а наследник клана Хьюга остался стоять у манекена, изредка нанося по нему удары и часто поглядывая в сторону Учихи и его спутника.
— Вообще-то, не я искал разговора с обладателем Бьякугана, — признался Мадара. — Сенсома хочет проконсультироваться у тебя насчет тела шиноби и тенкецу в нем. Я бы советовал тебе прислушаться к мальчику — он даже Тобираму заставил призадуматься своими идеями. Вполне возможно, что с его помощью твой клан создаст новую технику.
Тэкео скривился, вновь обращая свой взор на ученика Бога Шиноби. Судя по тому, что он слышал о нем — потенциалом он не блещет, хотя и Мито-сан и Мадара радостно обучают его всему, чему могут. Но чтобы он — глава гордого клана Хьюга, безвозмездно помогал этому безродному выскочке? Прошение Мадары не давало никакого кредита доверия, скорее — отнимало его.
— Какого рода консультация? — все же спросил Тэкео.
— Я хочу, чтобы вы помогли мне с изучением одиннадцати тенкецу, которые находятся у всех шиноби в одних и тех же местах, — влез в разговор Сенсома.
— Ты подкован в этом вопросе, — глава Хьюга взглянул на юнца по-новому. — Но я не буду тебе помогать просто так. Видишь ли — моему сыну нужен спарринг партнер на сегодня. Его обычный — приболел. Если ты сразишься с Сэдэо, я окажу тебе помощь. Продержись, хотя бы, минуты три…
Слышавший эти слова, наследник Бьякугана радостно подпрыгнул и вскрикнул. Правда потом он замялся и ощутил себя неловко, понимая, что поступил некультурно, но радостный огонек в его глазах никуда не исчез.
— Спарринг в тайдзюцу? — уточнил ученик Мадары, не глядя на хозяина дома. Сейчас он оценивающе смотрел на своего потенциального противника.
— А ты умеешь что-то другое? — вырвалось у Тэкео. — Впрочем… кхм!.. Да, ты можешь использовать вообще все, что умеешь и можешь. Сэдэо тоже сдерживаться не станет.
— Что будет, если я выиграю?
Оба Хьюги нахмурились, оскорбленные таким пренебрежением их искусством, а Учиха радостно захохотал, узнавая бесцеремонность и самоуверенность своего младшего брата в словах ученика.
— Я лично буду помогать тебе в создании твоих «техник», — скрипнул зубами лидер белоглазых, недовольно посматривая на веселившегося «коллегу».
Ответа не последовало — Сенсома уже вышел на тренировочную площадку. Как и в доме Хокаге, тут полом был обычный желтый песок. Мальчик немного подумал и снял обувь. Вслед за ней полетела и его накидка, под которой обнаружилась черная майка и шорты того же цвета.
— Прошу тебя, продержись хоть минуту, — серьезно попросил юный Сэдэо, вставая в стойку Мягкого Кулака и активируя Бьякуган.
— Мог и не говорить, — улыбнулся в ответ его противник, чем немного удивил враждебно настроенного к нему Хьюгу. — Покажи мне все, что ты можешь!
Они сблизились. Сенсома сразу решил удивить оппонента, подпрыгнув при шаге и встав, после прыжка, на руки. Из такого положения он замолотил ногами по Сэдэо, заставляя того отбивать атаки. Чувство баланса у ученика Бога Шиноби было прекрасным, так что равновесия он совсем не терял.
Но, когда Сенсома встал на ноги, окончив представление, он с удивлением обнаружил, что чакра по ногам проходит хуже обычного. Проворный Хьюга успел, отклоняя атаки, несколько ограничить ход его чакры. Он даже попал по тенкецу!
— Здорово, — выдохнул Сенсома и начал складывать печати.
Такого Сэдэо не ожидал, а потому замялся на секунду, а после было поздно — ловкие руки сироты закончили свое дело:
— Стихия Земли: Каменные Пули!
В юного наследника главной ветви клана Хьюга полетели небольшие камни. На тренировках он отбивал атаки и серьезнее, но скорость этой техники сделала бы честь многим из его учителей. Однако, мальчик не растерялся и умело ушел с линии основной атаки, частично отбив и частично уклонившись от всех камней.
Потом Сэдэо налетел на ученика Мадары, показавшего, что он кое-что умеет. Не воспринимать его всерьез нельзя — опасно. Все внутри Хьюги кричало о том, что этот безродный не прост.