Наоборот — Сенсома относился к этим нападкам как к виду тренировки. К тому же — с каждым побитым членом клана, его старейшины все больше задумывались о том, чтобы прекратить травлю — уж больно сильно позорили некоторые поражения отдельных слабаков всех Учих.
Полигон номер двадцать четыре с каждым днем покрывался все большим количеством печатей, а ребенок, занимавшийся на нем, ссадинами и синяками. Хороших спаррингов теперь было не устроить, так что порой приходилось сильно подставляться в уличных драках, чтобы проверить те или иные умения.
Печать Силы Сотни скопила в себе неплохое количество чакры — около половины всего объема Очага Сенсомы. Мальчик иногда экспериментировал с ней, так что об увеличении резерва на несколько десятков раз к следующему Дню Рождения говорить пока не стоило, но зато его мастерство росло с каждой тренировкой, в которой он позволял себе использовать Печать.
Восемь Внутренних Врат тоже удалось продвинуть — теперь юный шиноби мог открывать вторые Врата. Тело испытывало сильные нагрузки при использовании этой техники, но зато развивалось куда быстрее, ведь мускулатура наращивается именно нагрузками.
Со стихией Огня Томура пока не разобрался, но был уже довольно близок. Через год он точно сможет использовать некоторые техники этой стихии. Техники Земли не забрасывались и совершенствовались каждый день, пусть и по чуть-чуть. К остальным природным преобразованиям перерожденный не притрагивался — рано еще, да и дел по горло.
Еще руки все порывались начать изучение гендзюцу, но толкового учителя было не найти, да и, опять же — слишком много других дел.
С дальтонизмом мальчик все еще уживался, до конца не обвыкнув. Было тяжело потерять вдруг все краски мира, но он не роптал — заслужил. Вообще, его поведение, со стороны, почти и не изменилось, но внутри новинки сразу становились заметны. Правда, внутрь-то как раз никто и не лез…
Поздно придя домой с ужасающей тренировки, именинник сильно удивился, обнаружив свою дверь незапертой. Замок был цел, что указывало на то, что у проникшего в жилище был ключ, или же он является неплохим взломщиком — Тобирама Сенджу хорошо позаботился о безопасности сироты.
— Я дома, — обозначил свое присутствие Сенсома, входя на порог. Отсюда не было видно единственной комнаты в доме, но даже так Томура понял — внутри кто-то есть.
Осторожно и тихо, стараясь не скрипеть половицами, Томура подошел к углу и заглянул в комнату. Там, прямо на полу, посередине помещения, сидел, скрестив ноги и сложив руки на груди…
Тобирама Сенджу.
— Рад, что смог дождаться тебя, — спокойно поприветствовал ошарашенного сироту заместитель Хокаге. — С праздником.
— А… ага… — Сенсома недоуменно моргнул. Перед братом Первого стоял неумело упакованный в праздничную обертку торт. — Здравствуйте…
— Проходи уже, — Тобирама махнул рукой. — Чай готов.
Томура и понятия не имел, как удобны оказались сенсорские способности Сенджу в своевременном приготовлении чая к приходу хозяина квартиры. Альбинос действительно постарался ради мальца.
— А почему вы?.. — начал было именинник, но был перебит.
— Хаширама сильно занят, а Мито возится с Наоми. Они не забыли про тебя, просто… отодвинули в сторону. Сейчас есть дела поважнее.
— Но вы…
— Я не так занят, — снисходительная улыбка смотрится чужеродно на его лице. — И не так лицемерен, пожалуй. Мне плевать на Мадару — я помогал тебе и общался с тобой лишь потому, что ты был интересен и полезен лично мне.
— Довольно прямо, — оценил Сенсома.
— Честно, — поправил его Сенджу. — Сегодня — твой день, так что давай праздновать. И расскажи мне, появились ли у тебя новые задумки?
Как и всегда, после длительного перерыва в общении, первые слова и темы были немного неловкими и бесполезными, но после шиноби разговорились. Принципиально новых идей у Сенсомы не было, ибо он полностью погрузился в совершенствование своих старых задумок, но общие темы все равно нашлись.