- Ты же хотел поспать...
- Да похуй. Уже передумал. Спать одному скучно, а мы еще слишком мало знакомы, - он хитренько подмигивает, - или нормально?
- В каком смысле?
Он сворачивает не туда! Придурок, я вообще-то не соглашалась ни на какие вечеринки!
Головой веду за удаляющийся поворот в родную гавань... Меня всë-таки похитили.
- Значит, решено. Это тебе не тухлая стариковская свадьба, - с воодушевлением говорит Тимур, аж светится.
8 Дежавю
Скорость ещё приличная, но он будто этого не замечает. Тянется в карман за телефоном, достаёт, но в ту же секунду его роняет, пытается подхватить, но только сильнее отталкивает пальцами.
-Да ëбаный... Пардонтэ, - последнее слово мне.
Уронил окончательно. В ноги прямо. И забыв про дорогу Тимур наклоняется, чтобы его достать.
Машину ведёт влево. А на встречной полосе яркие фары. Слепят. Очень близко! Блин! Мы же сейчас!..
Не думаю - хватаюсь за руль и дергаю вправо. Нас швыряет в сторону, как на американских горках.
- Э-э! Девочка! - звезданутый резко сбрасывает мою руку, будто я чумная и хворью любимку его заражу.
- Мы чуть не врезались!
- Ламберта не выносит, когда её трогает кто-то, кроме меня, - оглядывается по зеркалам, - и в кого мы врезаться должны были? Дорога пустая.
- Это теперь! Вон, пикап проехал!
- Не кипятись, всё под контролем, - отмахивается и уже строчит сообщение кому-то, - ща. Мне точный адрес скинут.
- Я не хочу ехать ни на какую вечеринку.
- Что ты такая нервная?
А-а!
Как же мне пережить этот вечер?! Злюсь. Права была мама. Лучше б я пельмени лепила!
По спине пробегает разряд сухого, колючего тока, когда думаю о том, как домой добираться. Плечи скованы. Руки скрещиваю и сверлю водителя недовольством.
- Всё.
Он закрывает мессенджер выходит на главный экран, а на заставке... Кто бы сомневался! Тимур Добровольский.
Не удивлюсь, если он дрочит на собственные фотки.
- Сейчас расслабимся, потанцуем, - вернув голосу бархат, он тянет ладонь ко мне.
К коленке моей!
Но дотронуться не успевает. Его телефон звонит. Не вижу экрана, но выражение лица Тимура мгновенно меняется на какое-то серьёзно-тревожное.
Я отдаляюсь максимально. Практически вжимаюсь в дверь и считаю секунды до того момента, как мы окажемся среди людей.
- Да. Алло, - тихо отвечает, с придыханием, будто на том конце кто-то неприятный, но важный.
- Слышал, ты украл мою девушку, - звук из трубки иглами проникает под кожу, - не боишься последствий?
Добровольский переводит испуганный взгляд на меня. Белеет.
- Это ошибка какая-то. Платон Николаевич, я не знал, что она Ваша девушка, да я и не воровал никого, она сама напросилась, села в машину, я бы не стал... мы не далеко уехали, в Красногорск только что повернули, я сейчас могу привезти обратно.
Почему Добровольский к нему по имени и отчеству обращается? Почему трясётся, как заяц? Паникует. С какой стати они вообще знакомы?
- Поставь громкую, - на том конце.
Тимур сразу же выполняет приказ. Параллельно снижает скорость.
- Милая, я же просил меня дождаться.
Нет...
Ледяная волна ударяет в грудь, вышибая воздух. Всё внутри обрывается, замирает. По спине бегут колючие мурашки. От ужаса мир сужается, давит на меня, в тисках сжимает.
- Я тебе не милая...
- Как скажешь. Но наши планы на вечер не изменились.
- Нет никаких планов у нас! Не видеть, не слышать тебя не хочу, чёртов психопат! - ого, а я смелая.
Смелее звезданутого, который уже свою ненаглядную Ламберту на разворот ведёт.
- Что ты делаешь? Поехали дальше. Я не его девушка! - выкрик отражается от лобового и прямо в сердце бьёт. В моё. Оно в панике мечется по грудной клетке.
Но Тимур непреклонен. Глаза горят, видно, что сказать что-то гадкое хочет, но при действующем звонке не решается.
- Пришли мне свои координаты, и оставайтесь на месте, - командует голос.
- Да. Хорошо. Минуту, - отвечает Добровольский.
- Нет! Нет, зачем ты его слушаешь?! Лучше полицию вызови!
- Может, лучше заткнëшься, а? - шипит Тимур, зажимая динамик, но это больше не обязательно. Платон разрывает звонок.
- Почему ты с ним так говорил? Платон Лебедев - кто он такой, что ты перед ним так стелешься?
- Блядь! Нахуй ты ко мне вообще прицепилась?! - он психует и до предела вжимает в пол педаль тормоза. Ремень с силой врезается в грудь.
Мы стоим даже не на обочине, на какой-то земляной поляне. Дорога в нескольких метрах, а справа - лесная посадка.
Не знаю, насколько она глубокая, но выглядит устрашающе.
- Тимур. Ты же не серьезно? Ты же не собираешься ему меня отдать?