А если уж отмечать внешность, то наследник Лебедева - это тот самый мужчина из девичьих грёз. Лучшие учёные скрестят греческого бога и топ звëзд Голливуда, и всё равно Платон этот гибрид уделает.
Да я с первого взгляда по уши втрескалась!
Но при том на сто процентов была убеждена, что это наша первая и последняя встреча.
Ведь кто я такая? Дочка домработницы. Такие, как я - тень в богатом доме, сродни тени от пылесоса. С кругозором того же самого пылесоса.
Думала, он раскусит меня ещё до того, как я успею выбрать салат... А даже если не раскусит, разве могу я ему понравиться?
Шансов не было, вот я и не пыталась. Просто изо всех сил наслаждалась свиданием с мужчиной, которого у меня никогда не будет.
Замочная скважина, а за ней другая жизнь. Для таких, как Анжела. Не для меня.
Но потом он попросил записать его номер телефона. Сказал, что хочет увидеться снова.
Это было похоже на падение в бездну. Уже шагнула с обрыва, лечу вниз. Чем дальше, тем выше скорость, и ни одного шанса взлететь обратно.
В сумке Биркин, которая принадлежала также не мне, лежал годовалый Хонор. Этот уже мой. Самый бюджетный кирпичик, который глючил и выключался сам по себе, когда аккумулятор перегревался.
Я протянула ладонь и сказала:
- Давай свой. Я не люблю звонить первая.
В контактах сохранила себя, как "Анжи". Настоящая Анжела любит это сокращение.
Платон написал в тот же вечер, а на следующий день позвонил и пригласил на новое свидание.
Что бы сделала нормальная девушка на моём месте? Да. Призналась в обмане и извинилась бы.
Что сделала я?
Пошла в ближайший торговый центр и купила себе последний айфон. В кредит, естественно. С минимальным первоначальным взносом, но с конским процентом.
Я умею экономить. Я не транжира. Всегда жила по средствам. Но в этот раз просто не могла поступить иначе.
"Мы расстанемся, и сразу же его продам," - крутилось в голове. Но свидание за свиданием пролетали... одно лучше другого, а он раз за разом звал на следующее.
Несколько дней назад я набралась смелости:
- Платон, что между нами?
- Мы встречаемся, - уверенно ответил он и поцеловал меня.
Мой первый поцелуй! С ним!
До сих пор внутри всё сжимается от щемящей сладости, когда вспоминаю, как это было. И щекотно в животе.
Это ведь те самые бабочки, о которых все говорят?
Нежное прикосновение его тëплых сухих губ к моим. Совсем не пошлое, он бы не смог этого себе позволить. Но такое... прошибающее.
Да. Это то слово.
Насквозь прошибающее.
Будто волны искр расходятся по венам и концентрируются где-то внизу живота, между ног. От них горячо. Так горячо, что в тот момент хотелось сжать бëдра, убежать, обнять, ответить, раствориться, и всё это одновременно.
Я не верю, что со мной всё это происходит. Что всё это длится месяц уже!
Каждый день, как первый и последний.
Хотела играть в кино, а теперь в кино живу. Внутри современного романтического фильма о Золушке, но мой бал всё длится и длится. Стрелки замерли.
Происходящее - безумно, неправильно, нечестно, глупо в конце концов, но...
- Это твой сюрприз? - спрашиваю.
Смотрю на огромный современный коттедж, стоящий посреди густого леса. Если не обращать внимания на землю, изрезанную асфальтом, можно подумать, что дом из каталога какой-нибудь модной строительной фирмы просто с неба на опушку упал.
Двигатель кабриолета замолкает, машина стоит прямо у входа.
- Нравится? - Платон отстëгивает ремень.
- Да. Здесь очень красиво, - искренне отвечаю.
В воздухе концентрация кислорода зашкаливает. С непривычки, немного горят лëгкие.
- Внутри ещё лучше.
- Ты...
- Арендовал его на выходные.
А вот это неожиданно.
Вчера я говорила ему, что планов у меня нет, и до понедельника я совершенно свободна, но думала, что мы просто погуляем где-нибудь. В парке, например.
И не знаю, насколько уместно... Выходные вместе? Обычно о таком предупреждают.
Но, судя по размеру дома, здесь спален штук шесть, как минимум.
Да и вовсе я не считаю, что Платон на что-то такое намекает! Мы же только недавно поцеловались в первый раз. Он не спешит. Не торопит события, как обычные парни. Не в его правилах, да и, наверное, в их среде не принято...
Он выходит, огибает капот и открывает передо мной дверь.
Вкладываю пальцы в его крепкую широкую ладонь и выпрыгиваю на землю.
Получается как-то неуклюже, мы почти сталкиваемся. Замираем близко-близко. Мгновение тишины, где слышно только, как лес поёт за спиной.