Вот такой ментальный процесс. Видите, даже у человека, который искренне верит в то, что необходимо довольствоваться малым, все равно возникают желания. Поэтому, если вы серьезны в своей приверженности той или иной традиции, тогда еще до того, как возникнет жадность, вспомните о необходимости воздерживаться от излишеств, о простоте.
Вам предстоит встреча с вашим врагом, человеком, который вам не по душе. Вспомните о терпимости, об умении прощать. Мои христианские братья предлагают один весьма практичный метод. Они говорят: когда вы встречаетесь со своим так называемым врагом, мысленно представьте себе, что в нем – бог. Это образ сразу же уменьшит ваш гнев, вашу ненависть. Это подлинная практика. Когда мы принимаем религию, мы должны быть искренними и серьезными. Мы должны применять на практике то, чему учит наша традиция. Должны переносить эти принципы в свою повседневную жизнь.
Что же касается неверующих и даже тех, кто испытывает ненависть к религии, что ж, ничего, не важно. Можете продолжать в том же духе. Если вы счастливы в своем выборе, пусть будет так. Но общечеловеческие ценности необходимы для того, чтобы мы чувствовали себя счастливыми. Эти фундаментальные ценности нельзя забывать. Они очень важны. Поэтому даже неверующим людям не стоит преуменьшать важность ценностей внутреннего порядка.
Итак, существуют разные традиции, но если вы посмотрите внимательно, все они несут послание любви, сострадания, терпимости, умения прощать и довольствоваться малым, придерживаться самодисциплины. Несмотря на различие в философских подходах, философских взглядах, в аспекте практики они почти идентичны.
Обычно мы хотим получить самое лучшее. Если вы спросите, какая из религий – самая лучшая (мне кажется, многих людей мучает этот вопрос), то вам не удастся добиться какого-то однозначного ответа. Я часто говорю людям, что вопрос «Какая религия лучше?» - вопрос во многом бессмысленный, потому что о плюсах и минусах той или иной религии можно говорить только в контексте конкретной ситуации. Удачной аналогией здесь могла бы быть аналогия с лекарством. Если бы вас спросили: «Какое лекарство самое лучшее?», то это вопрос бессмысленный. О «самом лучшем лекарстве» можно говорить лишь в контексте той или иной болезни. Не упоминая болезнь, невозможно определить, какое лекарство лучше.
Как для определенной болезни можно подобрать наилучшее лекарство, так же и для человека с определенными ментальными наклонностями можно подобрать наилучшую религию. «Лучшая» здесь будет означать «наиболее эффективная». И еще один пример. Если ментальные наклонности человека таковы, что концепция бога-творца, абсолюта, высшего существа, от которого зависят все сотворенные им существа, становится мощным методом изменения этого человека к лучшему … (представьте себе, вы – сотворенное существо, ваше будущее зависит от бога-творца, творец хочет, чтобы вы были добрым и любящим, и, искренне веря в это, вы проявляете больше добросердечия). Для такого человека более всего подойдет одна из теистических религий. Теистическая религия для него – самая лучшая.
И другая точка зрения. Нет никакой «центральной власти», никакого абсолюта, но каждый индивидуум сам несет полную ответственность, всё – на ваших плечах. Такой подход является эффективным для человека, который думает: «Все зависит от меня, от моих действий. Если я сделаю что-то не так, то последствия придется пожинать мне самому. Мне будет некого в этом винить». Для людей, которым ближе такой подход, более эффективными окажутся нетеистические религии. Они для них – самые лучшие.
Подобно тому, как в отношении лекарств мы не можем говорить о каком-то одном «самом лучшем лекарстве» вообще, без ссылки на болезнь, и в то же время для конкретной болезни мы можем проводить сравнения, ссылаясь, например, на разницу в цене, так же в большинстве мировых религий можно выделить два аспекта: этический, или практический аспект, и метафизический, или философский аспект. В области философии могут наблюдать огромные различия. У одних религий более сложная философия, у других – менее.
И хотя мы видим все эти значительные различия в сфере метафизики, теологи и философии, все же мы не вправе утверждать, какая из религий лучше в плане эффективности. Однако мы можем задать вопрос, к чему же сводятся все эти различные философские течения? И сводятся они к основополагающему учению об этике, о нравственной дисциплине.
Именно в силу сходства основополагающих практик, базовых норм, некоторые мои братья среди христиан называют меня «хорошим христианином». Однажды в Австралии, где я выступал с публичной лекцией, перед началом меня представлял христианский священник. Он сказал тогда, что считает меня хорошим христианином. Естественно, на уровне философских взглядов я не являюсь христианином. Здесь между буддистом и христианином большая разница. Но если говорить о том, как эта философия проявляется на практике, то обе религии учат любви, доброте, умению прощать и довольствоваться малым, простоте, терпимости. Если смотреть под таким углом, то, пожалуй, он может считать меня христианином, а я могу считать его буддистом.