Вероятно, здесь у вас может закрасться мысль: «Далай Лама не читал Ламрим. Ему неизвестно, что практиковать Дхарму без учителя невозможно». Я ни в коем случае не пытаюсь противоречить Ламриму. На пути духовного совершенствования ученику необходимо полагаться на учителя и медитировать о его доброте и достоинствах; однако указание «воспринимать любое деяние гуру как совершенное» может применяться только в контексте буддийского учения в целом и рационального подхода к знанию, которое оно проповедует. Поскольку это указание «считать совершенным любое действие учителя» заимствовано из высшей тантры и упоминается в Ламриме главным образом для того, чтобы подготовить ученика к выполнению тантрических практик, начинающие должны относиться к нему с осторожностью. Что же касается духовных наставников, которые захотят воспользоваться доверчивостью учеников и представить эту заповедь гуру-йоги в ложном свете ради извлечения собственной выгоды, то подобные действия можно сравнить с низвержением потоков адского пламени в собственное чрево.
Для последователя Дхармы главными критериями, определяющими его движение в правильном направлении, всегда должны оставаться опора на логику и знание Дхармы. Без такого подхода нам будет трудно переварить весь тот опыт, который мы получаем в освоении Дхармы. Твердо убедитесь в достоинствах того человека, которого вы собираетесь назвать своим гуру, и даже после этого следуйте его указаниям, не выходя за пределы общепринятой логики, очерченные Буддой. Указание «воспринимать любое деяние гуру как совершенное» по большей части следует оставить для практикующих высшую тантру, где оно обретает свой особый смысл. Одна из основных йогических практик в колеснице Ваджраяны предписывает представлять мир мандалой великого блаженства, а себя и других существ ― Буддами. В этом контексте довольно абсурдно было бы думать, что вы и все остальные ― Будды, а ваш учитель ― нет!
В Тибете, из-за того что Дхарма практиковалась достаточно широко, а также благодаря великой доброте многих учителей прошлого, люди питали веру огромной силы. Даже небольшой лоскут красного монашеского одеяния почитали как благородную Сангху. В ту пору не существовало проблем с выполнением практики восприятия каждого деяния гуру как совершенного. Следовательно, ответственность за сохранение чистоты традиции была возложена на лам, но, к сожалению, и ламам порою не идет на пользу эта практика «восприятия каждого деяния гуру как совершенного».
В действительности, чем большее почтение оказывают какой-либо личности, тем более смиренным должно становиться ее поведение. Однако порой мы наблюдаем прямо противоположное. Духовный наставник должен с особенно пристальным вниманием следить за собой, памятуя о словах ламы Дромтонпы: «Оказанные вам почести да будут источником вашего смирения». Учитель обязан соблюдать это правило. Обязанность же ученика ― проявлять мудрость, выражая свою преданность и почтение гуру.
Безусловно, зарождение веры является добродетелью, но без мудрости она может причинить нам вред. В целом мы, тибетцы, столь глубоко преданны учению Будды, что практику Дхармы воспринимаем как нечто само собой разумеющееся. Монах же, который живет милостью благодетелей, но при этом не соблюдает религиозные предписания, порождает столь же негативную карму, как и тот, кто ворует из храма. Человек, обладающий духовными качествами, либо занятый усердной учебой или практикой, имеет право принимать подношения, и их получение имеет глубокий смысл. Но плохому монаху лучше проглотить раскаленное ядро, нежели принимать подношения. Проблема заключается в том, что, как правило, мы соблюдаем те наставления, которые подпитывают наши омрачения, и пренебрегаем теми, которые помогают их преодолеть. Такая «избирательность» может с легкостью привести к моральному падению. Вот почему я говорю, что указание «считать совершенным любое действие учителя» может оказаться ядом. Многие проблемы в Тибете, связанные с сектантством, родились из этого учения и почерпнули в нем силу.