Оккупировав Тибет, правительство коммунистического Китая провело целый ряд кампаний с применением репрессивных и насильственных мер. Среди них «демократические реформы», классовая борьба, создание коммун, Культурная революция, введение военного положения и относящиеся к более недавнему времени патриотическое перевоспитания и кампания «жесткого удара». Эти меры повергают тибетцев в такие бездны страданий и тягот, что они в буквальном смысле переживают «ад на земле». Непосредственным результатом этих кампаний стала гибель сотен тысяч тибетцев. Линяя преемственности буддийской Дхармы была прервана. Тысячи религиозных и культурных центров, каковыми являлись мужские и женские монастыри и храмы были стерты с лица земли. Здания и памятники исторического значения были разрушены. Природные ресурсы подвергаются беспощадной эксплуатации. Сегодня хрупкая окружающая среда Тибета загрязнена, ведется массовая вырубка лесов, а животный мир, например, наши дикие яки и тибетские антилопы находятся на грани полного исчезновения.
Эти 50 лет принесли немыслимые страдания и разрушения земле и людям Тибета. Даже сегодня тибетцы в Тибете живут в постоянном страхе, а китайские власти неизменно испытывают к ним недоверие. Сегодня религия, культура, язык и самобытность, которые для череды сменяющих друг друга поколений тибетцев были дороже жизни, оказались на грани исчезновения. В целом, к тибетскому народу относятся, как к преступникам, заслуживающим смертной казни. Трагедия тибетского народа в 1962 году была описана в петиции из 70 тысяч знаков покойного Панчена Ринпоче, которую он направил китайскому правительству. В 1989 году, незадолго до своей смерти, он вновь поднял этот вопрос в своей речи в Шигадзе, где заявил, что потери, понесенные нами в условиях китайского коммунистического режима, в значительной степени перевешивают все полученные нами преимущества. Многие тибетцы, обеспокоенные судьбой своего народа и придерживающиеся непредвзятого подхода, также говорили о тяготах, выпавших на долю тибетского народа. Даже Ху Яобан, секретарь коммунистической партии, прибыв в Лхасу в 1980 году, открыто признал эти ошибки и попросил прощения у тибетцев. Многочисленные примеры развития инфраструктуры — строительство дорог, аэропортов, железных дорог и т.д., которые, на первый взгляд, принесли прогресс в тибетские регионы, на самом деле, преследовали политическую цель — китаизацию Тибета ценой уничтожения окружающей среды и тибетского образа жизни.
Что касается тибетских беженцев, то, хотя изначально мы сталкивались со множеством проблем, вызванных существенными различиями в климатических условиях, языковыми барьерами, поиском средств к существованию, мы сумели успешно утвердиться в изгнании. Благодаря великой щедрости принимающих стран, в особенности Индии, тибетцы стали жить на свободе, не испытывая страха. Мы смогли найти средства к существованию и сохранить свою религию и культуру. Мы сумели предоставить своим детям как традиционное, так и современное образование, а также усердствовать в разрешении тибетского вопроса. Есть и другие позитивные результаты. Обширное знакомство с тибетским буддизмом с его акцентом на сострадании, оказало положительное влияние во многих частях мира.