– А я его засоряю… – моя ладонь скользнула по его груди. – Мне пора возвращаться к себе, чтобы твое утро было продуктивным. Но перед этим нам нужно обсудить Бритни и ее вчерашний визит.
– О, нет, – Николас засмеялся и простонал. – Бритни. Маленькая акула.
– Мне вот не смешно! И перед ее появлением ты тоже хотел мне что-то сказать, но мы были слишком заняты. Теперь говори.
Я приготовилась слушать, а Николас лег на спину, сложил руки на груди и уставился в потолок.
– Я не ищу серьезных отношений, – его тон был категоричным, но при этом полным сожаления. – Ты мне нравишься, Матильда, и я готов провести с тобой эти дни, но дальше ничего не будет.
Я понимала это, но услышать оказалось тяжелее, чем я думала.
– Я и сама еще не отошла от разрыва с Мэтью, – нижняя губа затряслась, и я вцепилась в нее зубами. – Предлагаю жить здесь и сейчас. Но я не хочу, чтобы кто-то в отеле узнал про нас.
– Поддерживаю, – Николас перевалился на бок. – Ненавижу становиться центром сплетен и пересудом. Не планирую попасть на первую полосу какой-нибудь газетенки, если кто-нибудь решит продать новость, потому что я тщательно скрываю свою личную жизнь. И не хочу портить тебе отношения с новыми подружками. Кстати, Каспер больше тебя не домогался?
Я вздрогнула и потрясла головой – еще одна проблема, которую я не знала, как решить. Мне хотелось открыться Николасу, но я быстро передумала это делать. Неизвестно, как он отреагирует на новость о том, что Каспер надумал меня шантажировать.
– Каспер просто извинился, – и это не было ложью, именно это он и сделал прежде, чем начал ставить мне ультиматумы. – И я очень надеюсь, что теперь он будет держаться от меня подальше.
– Отлично! Днем мы чужие друг другу люди, а ночью принадлежим друг другу, – Николас коснулся моей обнаженной груди. – Кстати, утро еще не наступило, и я бы с радостью повторил.
Дважды просить не пришлось – я прильнула к нему, откинув ногой одеяло на пол.
Пока мы занимались любовью, я не могла отделаться от ощущения, что знаю Николаса сто лет. Он угадывал мои желания, делал то, что мне нравилось, и это было великолепно. Я старалась не думать о будущем, которого у нас не было, но в глубине души боялась заменить одну болезнь другой. Если Николас Грин поможет мне забыть и отпустить Мэтью, то не станет ли он новым объектом моего горя и тоски?
Когда мы закончили, почти рассвело. Я оделась, поцеловала его в щеку, пожелала творческого вдохновения и вышла в коридор. Кто может увидеть меня, выходящей из чужого номера, в шесть утра? Оказывается, Каспер. Он стоял у стойки ресепшн, и, едва хлопнула дверь, повернул голову, и наши взгляды встретились. Изумление на его лице мгновенно сменилось ехидной улыбкой. Он направился в мою сторону, но я успела открыть свою комнату и исчезнуть. Сердце выпрыгивало из груди, дыхание сбилось, и я прижала ухо к двери, надеясь, что он ушел.
Но бросать начатое на полпути видимо не входило в планы Каспера, и он настойчиво постучал.
– Матильда, можно тебя на минутку? – он спросил так, будто мы хорошие друзья.
Прятаться было бессмысленно, и я распахнула дверь, готовая дать отпор, если потребуется.
– Отличный халатик, – его наглый взгляд проскользил по мне сверху вниз. – Что ты делала у Николаса Грина?
– А кто ты такой, чтобы я перед тобой оправдывалась? – я приняла вызов. – Послушай, Каспер, я не хочу с тобой ссориться, к тому же твой поступок куда ужаснее моего.
– Правда? – он поиграл белобрысыми бровями. – Твоя подруга, бедняжка Бритни, раскатала свои пухлые губки на писателя, и понятия не имеет, что ты захаживаешь к нему в гости.
– А твоя подруга Глория будет крайне недовольна, когда узнает, что ты проник в мой номер, скинул одежду и улегся на чужую кровать! Николас Бритни ничего не обещал, а вот твой случай попахивает предательством. И, зная темперамент Глории, она тебя яйца с корнем оторвет.
– А теперь послушай мою версию, – он прислонился к дверному косяку, и мне пришлось отступить, чтобы увеличить дистанцию между нами. – Ты ворвалась в мою комнату и предложила мне вступить в сексуальные отношения, так как у тебя крышу снесло. А я, как настоящий джентльмен, выпроводил тебя, потому что кроме Глории мне никто не нужен. И я не хочу, чтобы моя драгоценная пассия дружила с такой предательницей, как ты.