Шар плавно приземлился на площадку среди фонтанов. Все еще держась за руки, Матильда и Николай шагали, – опьяненные таким количеством воздуха и простора, ощущением неуязвимости выпавшего на их долю счастья.
Государыня Мария Федоровна смотрела на них, стоя на балконе. Губы ее образовали сурово сжатую линию. Матильда и Николай не замечали присутствия его матери – Матильда ничего не видела и не чувствовала, кроме слишком большого счастья, а он ничего не видел, кроме нее.
Матильда лежала на широкой постели в покоях Николая, широко раскинув руки и глядя на высокий потолок.
Николай шуршал бумагой в соседней комнате.
– Это не подарок. Давай будем считать это, допустим, обязательным условием, чтобы иметь соответствующий случаю внешний вид. Я тебя пригласил, а значит, моя обязанность обеспечить тебя всем необходимым, – донесся до нее его голос.
Матильда кивнула, улыбаясь в потолок. Спохватилась (Николай же ее не видит!), и приподнялась на локтях: «Да». Затем добавила шепотом, так, чтобы он не услышал:
– «Да, любимый».
Николай появился на пороге с огромной картонной коробкой – ею, укрытой тонкой оберточной бумагой, он и шуршал.
– Ники! – в дверь раздался негромкий, но настойчивый и твердый стук.
– Ники, ты там? Ты одет?
Не дожидаясь ответа Мария Федоровна вошла в спальню: – Ники, гости уже собрались и ожидают тебя, и папа’ – о…
Матильда накрылась одеялом с головой и застыла. Николай продолжал молча стоять с коробкой в руках.
– Да, матушка, я, я почти уже готов, – он начал фразу на полном дыхании, но к ее окончанию воздух у него будто бы кончился и «готов» прозвучало неуверенно и как-то немного задушено.
Мария Федоровна кивнула, продолжая ввинчиваться взглядом в Николая. Он поспешил укрыться в комнате, все еще держа в руках коробку.
Мария Федоровна пару мгновений помолчала, потом произнесла с плохо скрываемым раздражением, обращаясь в сторону кровати:
– Я смею надеяться, что мой сын, наконец, получил от вас все, чего хотел, и впредь мы встретимся с вами только на сцене.
Не дожидаясь ответа, она закрыла за собой тяжелые двери.
Николай откинул покрывало и посмотрел на Матильду. Ее волосы растрепались, щеки пылали. Она улыбалась, но глаза смотрели тревожно.
Он расправил на кровати великолепное золотое платье, содержимое злополучной коробки, задевая колено Матильды.
– Пойдемте. Я представлю вас отцу, – сказал он.
– Ты с ума сошел? – прошептала Матильда.
– Ты пойдешь со мной, – неожиданно жестко перебил ее Николай.
За те два года, что Матильда не видела Государя вблизи, он постарел и будто бы осунулся. Больно было видеть его таким. Государь сидел в инвалидном кресле, окруженный гостями. Мария Федоровна стояла за ним, положив руки на спинку кресла, в глазах ее явственно читалось бешенство. Матильда держалась чуть позади Николая, чувствуя себя неловко. Когда они вошли в зал, повисла тишина, и в этой тишине Николай через весь зал проследовал к отцу, Матильда следовала за ним.
– Ну что же, поздравим Наследника, господа? – прогремел все еще твердый и властный голос Императора.
– Многие лета, Ваше Императорское Величество! Многие лета!
Николай поклонился отцу, затем залу, и поблагодарил за поздравления.
– Что же такого пожелать тебе, а, Ники? – с теплотой в голосе произнес Александр.
Николай смущенно молчал, и его отец сам ответил на свой вопрос, продолжая мысль: «Пожелаю тебе сын, твердости и силы. Потому как Россию нужно крепко держать в своих руках, держать вот так», – он попытался сцепить руки, но лицо его скривилось от боли. Со стоном он опустил руки на колени, Николай бросился к отцу:
– Папа, что с вами?
– Не бойся, сын, сегодня я не умру, – за шутливым тоном скрывалось подлинное усилие и страдание. – А кто это с тобой?
– Отец, это княгиня Красинская.
Матильда поклонилась.
Она боялась взглянуть на Марию Федоровну, взгляд ее упал на стоящего рядом князя Андрея. Они не виделись давно, только мельком во время спектаклей, и он никогда не приходил к ней с Николаем. На его губах была грустная полулыбка, глаза смотрели проницательно и печально. Матильда отвернулась.
– Подойдите, сударыня, – приказал Император. Матильда повиновалась.
– А, мы встречались с вами раньше, княгиня.
– Да, Ваше Императорское Величество, мы… мы встречались. Я имела честь говорить с Вами во время выпуска из балетного училища и…