— Прощаю.
— Дай пройти. — Отодвигаю рукой, но он с такой силой сдавил мне кисть, что она хрустнула.
— Слышь шмара, да ты охуела? Знаешь с кем говоришь?
— Да это ты охуел?! — Даю ему пощечину, славливаю в обратку такой удар, что меня откидывает на диван.
— Твою ж мать, Вадим!!! — Ос с бешенными глазами несется к нам.
— Отцовские шлюхи вконец оборзели!
— Закрой свой рот сосунок! — Шиплю в ответ, держась за горящую щеку, искры из глаз все еще летят, и я не могу встать.
— Что ты сказала?
— Что слышал. — Медведь медленно заходит в комнату, оглядывает меня, затем так же медленно подходит к парню, но потом с такой силой прикладывает его об пол, что тот теряет дар речи и начинает дрожать всем телом.
— Это Эмилия. Повтори.
— Бля отец, ты спятил?
Зверь делает нажим, и лицо парня размазывается по полу.
— Это Эмилия. Повтори.
— Да блядь, Эмилия.
— Она моя женщина, и мне не нравится, когда ей грубят и уж тем более трогают, ясно?
— Ясно, ясно! Пусти!
— Какого черта ты здесь делаешь?! Я рисковал жизнью, чтобы вытащить тебя из логова Босых! Отправил в безопасное место! Или Монако тебе не по душе?!
Я нахожусь в шоке от происходящего. Медведь подходит ко мне и помогает встать. В этот момент залетает Анна, с криками и хватанием за голову.
— Миша, ты спятил?!
Он уводит меня в комнату, где Энджел на диване сидит с бокалом в руке, мечтательно рассматривая вид из французских окон на горы. Но тут есть бар, мне подходит.
Медведь касается моей щеки, но я резко отворачиваюсь. Какой к черту отец? Я на такое не подписывалась!
— Посиди тут, пожалуйста. — Уходит. Я иду к бару и наливаю себе из первой попавшейся бутылки.
— Мда, неприятная встреча?
— Опять ты? Откуда знаешь?
— Проходил мимо.
— Кто это был?
— Думаю лучше если Матон сам тебе расскажет.
— Энджел, он назвал его отцом.
— Ну раз назвал, наверное, так и есть.
— Вы что меня за дуру тут все держите?
Допиваю, вновь наполняю полный, но уже разбавляю льдом.
— Никто так не думает. Матон кстати никогда не с кем не жил, в смысле с женщиной. В смысле кроме Аллы.
— Описаюсь от счастья сейчас, какая честь.
— Не стоит, вид на писающую женщину, даже если это будешь ты… Прости.
— Почему ты и Ос зовете его Матон, то есть головорез? — Энджел задумчиво взглянул на меня.
— Вы вообще с ним разговариваете или только трахаетесь?
Я сверкнула на него взглядом. — На разговоры времени не было.
— Время, сейчас не подходящее романы заводить.
— То есть?
— То и есть.
— Хочешь выглядеть загадочной незнакомкой? — Он офигел от моей грубости. — Начал говорить, так договаривай, к чему эти завуалированные фразочки.
— Ты все еще не догоняешь с кем связалась? Так найди время в своем плотном графике и поговори с ним.
— Я с ним не связывалась если что…
— Да это точно. — Усмехается.
— Какого хрена ты здесь постоянно, дома у тебя нет?
— Я тебе не нравлюсь?
— Сказать, как есть?
— Да не злись…
— Собеседник из тебя так себе.
Эмма 20 лет
Всегда мечтала жить в теплой стране у моря. Но Питер наконец-то перестал казаться мне отвратительным. После нескольких лет скитаний по углам, я относительно стабильно сжилась с одним человеком, это моя коллега с работы Даша. Мы снимаем однушку на окраине и вместе проявляем фотки в Кодаке. Одним вечером она встретила меня дома с коробкой в руках.
— С днем рождения, Миличка! Но подарок не от меня, пришел по почте.
— Ух ты, ты первый человек за несколько лет, поздравивший меня с днем рождения, так что вряд ли это подарок.
Открываю, достаю свою первую мыльницу, это слишком круто, чтобы быть правдой. Подписи нет.
Много месяцев я таскала ее с собой, снимала все, что под руку попадалось, пока туда не попался Рафаэль. Меня живо закинули в машину, отобрав из рук самое дорогое и выбросив в окно. Я впилась зубами в его волосатые руки, а он все продолжал колотить меня, пока у меня не осталось сил даже сидеть на сиденье. Я сжалась в комок, у меня болел каждый сантиметр кожи. Он даже не стал меня насиловать, просто избил до полусмерти.
— Привет из Лимпопо, шлюха. — Открыл двери и выкинул меня на дорогу, прямо на ходу.
Глава 11
Эмма
— Я не верю, что он твой сын.
— Он больше здесь не появится и тебя не тронет.