— Знаю, но как?
— Мне едва исполнилось двадцать, Аня была несовершеннолетняя, мы поженились. Но когда я ушел в армию, она спуталась с каким-то барыгой. Уехала в другой город и не появлялась четырнадцать лет, пока я сам не нашел ее. Она спивалась, превратив свою жизнь и жизнь Тима в ад. Когда ее хахаль сдох, она искала меня, но в те времена моя жизнь была крайне непредсказуема, меня кидало из города в город. Я забрал их, дал нормальную жизнь, но прошлого не вернуть, мой сын стал тем, кто он есть. Нихуя не хочет, только сорить деньгами и драть шлюх…
— Так не давай ему деньги.
— Уже не даю, это делает его мать. Я купил ей бизнес, пару салонов красоты, сделал соучредителем в одном из отелей. Мне хотелось как-то восполнить то, что я не дал им ранее.
— Она сама ушла от тебя и забрала сына, вряд ли она могла рассчитывать на такое отношение.
Фыркнул. — Да, деньгами не восполнить отсутствие отца.
— И это тоже ее вина. Что она хочет сейчас? Вернуть тебя, может быть?
— Она знает, что теперь у меня есть ты.
— Тогда нельзя ли сделать так, чтобы я больше не видела ее в этом доме? Она мне неприятна.
— Я уже это сделал.
— А твой сын? Он хотя бы учиться?
— Я оплачиваю его образование в МГУ, иногда он там появляется.
— А ты уверен, что он твой сын? Ну просто раз она была способна сбежать от тебя с другим мужиком, пока ты служил, не удивлюсь, что он может быть вовсе не от тебя, глядя на него как-то слабо верится.
— Тестов я никогда не делал.
— И очень зря…
— Эмма, закончим разговор. Анну ты здесь больше не увидишь, а Тим тебя не обидит.
Утыкаюсь носом в камеру, просматривая последние снимки, развалившись на коричневом кожаном диване в кабинете. Зверь сидит за спиной, глядя в компьютер.
— Притормози. — Я оглядываюсь, он смотрит на экран фотокамеры. — Дай посмотреть. — Я остановилась на снимке, сделанном в Сочи. Чайки парят над темной водой, ловя хлеб, который кидал Ос.
— Когда ты сняла это?
— Мы отвозили пальто, которое я сперла у какого-то бедолаги… А что?
— Красивое фото. — Гладит меня по голове, достает мобильник и набирает Осу, называя какой-то код.
— Д326ЛУ. — Кладет трубку.
— У вас есть свой язык?
Не отвечает, нагибается ко мне со стороны спинки дивана, его рука ныряет под кофту к моей обнаженной груди. Я вздыхаю, когда пальцы останавливаются на сосках. Они в миг твердеют, и зверь играет с ними, целуя мою шею. Выгибаюсь словно кошка, просящая больше ласки, он довольно рычит, стягивает кофту. Я поворачиваюсь к нему, спускаю шорты вместе с трусиками и сажусь на спинку, обхватывая ногами его бедра. Гуляю носом по его волосатой груди, вдыхая самый сексуальный мужской запах — дерзкая самоуверенность и власть. Его руки скользят по моей спине, я вмиг покрываюсь мурашками, тороплюсь расстегнуть ширинку его брюк и дотронуться до его толстого твердого члена.
— Хочу взять его в рот. — Он ухмыляется, садится на диван, и я встаю перед ним на колени.
— Мне нравится, когда ты так говоришь.
Не успеваю закончить, зверь поднимает меня, садит к себе на колени, сжав бедра в своих огромных руках. Один его палец больше, чем член моего бывшего мужа. Он играется ими у меня между ног, я только успеваю издавать стон за стоном, повторяя его имя.
— Миша…еще…
Опускает меня на свой ствол задавая ритм, и чувствую, как наполняюсь им до отказа. Сжимаюсь в маленький комочек чтобы потом взорваться, разлететься на мелкие кусочки, крича все громче его имя.
Впервые мы делаем что-то вместе. Медведь отвез меня в магазин. Сказал выбрать какое-нибудь праздничное платье. Идем на вечеринку и на этот раз, как пара.
Зашли в мужской отдел. Растаявшие, при виде моего зверя, продавщицы наперегонки несли костюмы. Я пошла в женский зал и набрала ворох платьев, едва дотащив до примерочной. С трудом уместив все наряды на крохотном крючке, надела первое платье. Не успела я застегнуть молнию, как в примерочную вошли.
— Сплетни не лгут… так вот как выглядит уязвимое место самого Матона?
— Что? — Я округлила глаза от подобной наглости. Передо мной практически Йен Сомерхолдер, разве что крупнее. Голубоглазый брюнет, не уступающий по телосложению моему зверю. Он совершенно спокойно зашел в примерочную и задернул шторку.
— Эмма, я прав?
Я насторожилась, наверняка у такого как Медведь Чертан полно врагов. Красавчик улыбнулся и протянул мне платье.
— Отличный вкус, но я бы выбрал традиционный вариант, — он подал мне маленькое черное платье, усыпанное кристалами. — К вашему цвету волос и глазам… — , я все ждала, когда появится охрана. Почему их нет, когда нужно?! Ос вечно ошивается рядом, а сейчас как сквозь землю провалился! — Доверьтесь мне Эмма.