Приподняв руку, я уткнулся в изгиб одной из её идеально круглых грудей. И почувствовал, как она вдохнула, ещё сильнее прижавшись ко мне, чуть задрожав. Врач что-то тихо-тихо прошептала, когда я обхватил ее завораживающую грудь, прижав ладонь к возбужденному соску. Какие они твёрдые, ими можно оцарапаться, как же долго ты хотела мужчину? Я стал пальчиками нежно перебирать её сосцы.
— Богиня, какой же кайф, — стонала она, двигая животом, пытаясь тереться о член, который был пока снаружи.
Я же тем времени коснулся верхней части её паха, раздвинув золотистые волоски, прежде чем надавить на влажные нижние губки. Прижав палец немного сильнее, я почувствовал очертания входа. Вторая моя ладонь ласкала то одну, то другую грудь. А мы сами самозабвенно целовались. Докторша не осталась в стороне и обвила мой член руками. Я же переместился поцелуями ниже, переходя от одного соска к другому, а иногда проводил языком по ложбинке между ними. Внизу у неё всё намокло, просто форменный потоп.
— Хватит уже, я не могу больше терпеть, — взмолилась женщина.
— Что-то не так? А чего ты хочешь? — решил подурачиться я, прикинувшись непонимающим валенком.
— Скормите киске сосиску!
Кончиками пальцев я коснулся её входа, надавив, и женщина вскрикнула. Я погрузил в неё оба пальца без труда, не переставая массировать большим пальцем её горошину. Женщина не выдержала пытки и приподнялась надо мной, так и не выпустив члена из рук, направила его в себя. И я заскользил, погружаясь в неё. Как же хорошо — ощущение её столь желанного, тёплого и влажного лона, насаженного на мой пенис, было просто прекрасным. Врач сразу взяла быстрый темп и задвигала бедрами взад и вперед. На её лице, где оно не было сокрыто трусиками, застыло выражение всепланетного блаженства и экстаза.
Я тоже старался ей помочь, подбрасывая и двигаясь между ее раздвинутыми ногами, которыми она умудрилась обнять меня. Но это продолжалось недолго, вдруг она резко выдохнула и затряслась на мне, закусив губу, чтобы не вскрикнуть, лишь тихо замычала. Это тянулось минуту, если не больше, но я не спешил выходить из неё, продолжая легонько двигаться в ней. Видимо, это и позволило ей так долго кончать, и дрожать, нанизанной на вертел любви.
Вскоре, отдышавшись, доктор сказала, что ей хочется ещё. Было восхитительно наблюдать за её лицом, когда она медленно, всё ещё приходя в себя после оргазма, садилась на меня и снова поднималась. По выражению лица женщины я понял, что эта зажигалочка снова начала возбуждаться.
— Теперь ваша очередь, хочу почувствовать извержение вулкана наслаждений, — приободрила она меня.
Не всегда, когда командуют женщины — это плохо и болезненно бьёт по самомнению, сейчас было самое то! Мы снова задвигались быстрее навстречу друг другу, удовольствие охватило меня, я сильно вжался в моего персонального эскулапа и почувствовал, как мои струи заполняют её лоно. Улетая в рай, я услышал стон, полный наслаждения, от моей напарницы — неужели она тоже успела, и мы упорхнули на небо вместе?!
Я долго обнимал её, после второго оргазма она всё никак не могла прийти в себя. А мой стояк и не думал ослабевать.
— Только не говори, что ты, представительница женщин, правительниц этого мира, что смеются над жалкими мужчинками — устала и больше не сможешь продолжать! И давай уже на «ты», мы уже так много обкончались друг на друга, что зазорно как-то слышать твоё выканье!
— Тогда ты позволь увидеть тебя! — переводя дух, сказала она.
— Если только без лица, всё остальное можешь запечатлеть на память, — предупредил я ей о единственном своём условии.
— Но я устала, теперь ты поруководи, побудь властелином над одной одинокой женщиной, а то больно зазнался!
Засмеявшись, женщина сняла с головы трусики, честно зажмурив глаза, и неуклюже надела их на меня. Мне пришлось поправить их и только потом разрешить ей осмотреться. Она долго восхищалась моим телом, фигурой и… членом, который её заинтересовал больше самого мужчины. Не дав ей зависнуть навечно и наслаждаться зрелищем, а то совсем засмущала, я развернул её и прогнул в талии, уткнув её руки и голову в стену.
— Избушка-избушка, повернись к лесу передом, ко мне задом, и чуть-чуть нагнись!