Единственным, кто поддержал невесту, был младший братик, Билл, который был ярым противником рукоприкладства. Особенно сейчас, когда нашкодил, допоздна гуляя с подружками и пропустив званый ужин в честь знакомства с женихом Клариссы. Старшая мать Кэмпбеллов всыпала ему ремнём по заднице, и теперь он ходил и ойкал, даже присесть не мог, отдыхал исключительно лежа на животе или стоя.
Сейчас младший брат вовсю канючил, то ли пытаясь отвлечь, то ли ему было и вправду очень интересно. Они с Клариссой заперлись от всех в её комнате, где Билл заставил невесту прихорашиваться, примерять свадебный костюм — чёрный фрак и подвенечные брюки.
— Покажи, позязя, я умираю от любопытства.
Кларисса, вздохнув, вытащила из прикроватной тумбочки коробочку с красным бантиком, осторожно развязала и показала содержимое. Билл не скрывал разочарования, лишь глянув внутрь — лицо его выражало вселенскую скорбь и съеденный ящик кислых лимонов.
— Я бы на такой нищебродке не женился! Где колечко с брюликом больших каратов, где знак серьёзности твоих намерений?!
— И так женюсь на нём, куда ещё серьёзнее? — ответила Кларисса. — Я не могу позволить себе большее, я же студентка!
— А почему серебряное? А почему не золотое? Опять та же отм
— А знаешь, что платина с португальского переводиться, как «серебришко»? За свою схожесть. И вообще, жених хотел простое колечко, еле уговорили на такое. Главное, чтобы Рик был доволен и менять не пришлось бы по сто раз! Но он вроде не гламурный идиот, как все другие парни…
— Только это помолвочное кольцо, оно дарится жениху до свадьбы! — пояснил шарящий в матримониальных делах Билл. — Обручальные тебе надо купить на саму церемонию бракосочетания, а это ещё два! Одно себе и второе ему.
— Ещё кольца? — возмутилась новоявленная невеста. — Пока не разорюсь, буду одаривать всякой ювелиркой постоянно?! Лучше одной жить.
— Ты же женщина! Научись хорошо зарабатывать и перестань ныть.
— Ты же мужчина! Научись хорошо ныть и перестань зарабатывать, — передразнивала сестра Билла. — Вот так и скажу Рику, а то ему хочется содержать молодую семью. Стыдоба-то какая!
Но Клариссе на самом деле было грустно, ведь пока она станет врачом, с большой практикой и доходом, пройдёт минимум лет десять. Именно поэтому большинство женщин Города, да и мира, выходили замуж после тридцати лет, обзаведясь жильём и достатком. Сформировав костяк подруг-любовниц — будущих сестёр-жён. Такая группа львиц начинала активно искать мужа, иногда даже ведя приглянувшегося парня со школьной скамьи много лет и осыпая его подарками и вниманием. Дожидаясь совершеннолетия львёнка, отрастания гривы, чтобы ввести его в свой прайд. Браки, где муж был намного младше своих жён, были в мире не редкостью. Но Кларисса любила здесь и сейчас, не собираясь ждать до старости.
— А ты речь приготовила?! — вырвал её из задумчивости Билл.
— Какая ещё речь? — удивилась Кларисса.
— Сделай ему официальное предложения, уверен, что в спешке ты так и не успела. Да и делать предложение руки и сердца без помолвочного кольца — не считается.
Кларисса ненадолго призадумалась. А ведь младший братик прав. Пока её история выглядит не романтично. «Женись на мне, я прикрою твои грязные тайны и предоставлю гражданство Города». Это был мерзкий шантаж с её стороны, но как иначе такой слабой и не женственной дурнушке, как она, получить такого парня?! Самого лучшего в мире! А там стерпится, слюбится, её чувств с лихвой хватит на двоих. Закрыв глаза и представив, что перед нею Рик, она обратилась к брату, репетируя речь:
— Рик, любимый, позволь…
— А разве предложение нужно делать, — перебил её Билл, который был на своей волне, — не став на колено?
— Блин! – вздохнула Кларисса.