Витя уверенно направился к холодильнику и с радостным возгласом вытащил оттуда две бутылки текилы. Глаза его заблестели.
Через десять минут друзья уже пришли в благодушное состояние и развлекали мальчиков-девочек наполовину выдуманными историями. Те ахали, смеялись и закрывали лица руками. Полный абзац.
Калобутин не мог остаться в стороне и постоянно сворачивал разговор в сторону будущей свадьбы и предшествующих ей событий:
— А моя Маша такая понимающая и самостоятельная, говорит, что будет иногда готовить сама. Она у меня очень хорошо готовит. И всегда подойдет, обнимет ласково. Кстати, часики мне подарила, — Сергей показал гламурные часики, которые ни Длинный, ни Круглый не носили бы под страхом смертной казни.
— Ездили мы как-то с этим беляшом в Крым, — небрежный кивок на Витю, — Зашли в какой-то дворик пива там попить. Тепло, хорошо. Тут подходит к подъезду парочка и начинает неистово целоваться и обниматься. Страсть как там в кино какой. Тут парень вырывается из объятий и убегает в дом. Не было его минут десять. Выбегает — и снова поцелуи и лобзания. Мы с Длиннючим лениво так смотрим на них. Проходит две минуты, и тут из окна на третьем этаже высовывается головенка девочки лет пяти и кричит: «Колка, послал, смывать нада!»
Ответом был гомерический хохот и высказывания «Ф-фу!».
Сережа не сдавался:
— Маша сказала, что у нас будет самая лучшая свадьба. Машины только БМВ — белые и кремовые. Гулять будем в крутой сельской усадьбе. А тамада наша — ведущая с радио. Вот. Мы на это столько денег угрохали. Жуть.
Парни, за исключением Миши и Вити, завистливо вздыхали и начинали больше пить. Друзья и так пили много, а никакой зависти по поводу вступления в брак само собой не испытывали.
— Или вот еще в Крыму было, — перехватил инициативу Длинный, — Были мы с Кругляшом в аквапарке. Подходит к нам пьяная хохлуха и говорит: «Вы, ребята, откуда?». «Из Беларуси!» — отвечаем. Она нам: «Вы, белоруски, умницы, потому что у вас есть царица, а мы, хохлухи, конченые!».
Разговоры сразу перешли на Презитентшу, вариьируясь от восторженных до осторожно-критикующих.
Несколько слов о Калобутине. Звали его Сергей, фамилия от папы с мамой ему досталась Колобутин, однако через букву «о» не произносилась никем принцмпиально. В нормальном мире это был немного гламурный современный парень, шарящий в компьютерах, использующий Bluetooth, читающий книги с налодонника с большим удовольствием, чем со страниц книг. При этом не дурак выпить, способный на всякие идиотские проделки. Помимо компании, в которой состояли Витя с Мишей, у него были друзья его возраста и образа мыслей. Среди них он был лидером и имел статус рубахи парня по прозвищу Залитый мастер. Это прозвище всплыло случайно, когда Сергей с Длинным, Круглым и прочей братией ехали с природы в направлении Молодечно и случайно встретили друзей Бутина. Те произносили фразу «Залитый мастер» уважительно и с уверенностью, поэтому залитой компании стоило огромного труда не ржать в голос.
В компании же старших товарищей Калобутин занял нишу вечного молодого, которого все учат и наставляют. Впрочем, выгодно это было в первую очередь именно ему, потому что, несмотря на ворчание и ругань, все обеспечивали Сергея едой, спальником, помогали поставить палатку и так далее, и тому подобное. Такая ситуация стала возможна благодаря Звездному походу, куда он попал в статусе молодого да так и не вышел из этого образа.
Внешне он был в-общем ничего и у девушек пользовался популярностью. Светлые короткие волосы, густые брови, волевые скулы, модная бородка и сережки в ухе и губе вполне соотносили его со временем. Одевался он в стиле Hip Hop, то есть широкие штаны, джинсы, модные рубашки и длинные куртки, кеды с огромными широкими шнурками.
Еще одной отличительной чертой Сергея была склонность поговорить и задавить собеседника интеллектом, из-за чего его лицо частенько приобретало характерные следы физического воздействия. Подумайте сами, стоит какой-нибудь парень из ПТУ, пьет пиво и наблюдает раздражающего его рэпера, который отличается от него хотя бы тем, что одет не в спортивные штаны и туфли, да еще и, сука, умный. Тут еще этот мажор начинает что-то втирать с чувством превосходства. А самое обидное, что из-за обилия терминов, метафор и связи слов в предложении посредством логики, а не мата, для обычного гопника вся речь сливается в назойливый шум. Понятно, что единственный способ остановить этот гул — ударить в его источник. К слову сказать, самый сильный удар Сергей получил от хоккеиста Минской «Юности», мирно отдыхавшего в клубе «Реактор».