И тем не менее, факт на лицо. Вот строки выполненных действий. И тут Севку проняло, ибо он понял, что к нему в гости, причем, разумеется через СЕТЬ, собственной персоной заходил его величество сам Нан Прохорович, управляющий нанопроцессор корпорации с широкими полномочиями и высокой автономностью в принятии решений.
Тот, к кому Сева ломился все праздники, оказывается, незамеченным выходил через какой-то совершенно неизвестный ход, Мырхакаыром, к его стыду, не обнаруженный. То есть вот прямо так: вышел, послонялся, попытался привлечь внимание к своей персоне, однако был самым свинячим образом проигнорирован, а потому обиделся, развернулся и ушел, хлопнув дверью.
Севка решил прежде всего понять, каким таким черным входом, а точнее выходом, воспользовался непрошенный, но желанный гость. А когда не знаешь место, следует что? Правильно, следует выяснить хотя бы время. И как только он развернул событийный таймер, все сразу стало понятно. Ну, конечно, новый год. Ноль-ноль часов, ноль минут и секунд.
Нан Прохорович выходил, чтоб сверить свои чертовые атомные часы. В тот момент, когда Севка, глуповато улыбаясь, стоял с фужером, загадывая новогоднее желание, объект желания, объявился здесь с вопросом: «извините, вы случайно не подскажете сколько сейчас десятых секунды в минус седьмой степени? Не знаете, да? Ну, извините, я тогда пойду, пожалуй…»
Другими словами, нанопроцессор раскрыл свою защиту и запросил сигнал точного времени у того, кто первым попался под руку, а этим первым оказался именно Севка. Не получив искомого, Нан Прохорыч убрался восвояси, закрывшись в своей цифровой скорлупе. А хотя нет, не просто убрался. Севка продолжил анализировать список событий и выяснил, что нанопроцессор все-таки скопировал какую-то Севкину служебную программу. То есть взял вот так и хакнул хакера. «М-да. Хакнул хакера-а словно фраера-а, - негромко пропел Севка., - Кстати, а что же за прогу он у меня спер?»
Перебрав отчеты, он довольно быстро нашел, что Нан Прохорыч скопировал его программу по оптимизации данных. Программка вообще-то довольно рядовая. Ничего сверхординарного в ней не было. Севка написал ее в пору охоты за машинным временем. Собственных мощностей всегда не хватало, и острый дефицит он восполнял довольно заурядным для хакеров способом, используя чужие машины, разумеется, в тайне от их хозяев. Севка, как истый «ботан» любил порядок, и искренне расстраивался, когда, влезая в чужой комп, обнаруживал, как подчас нерационально он используется.
Поэтому он запускал уборщика, который втихаря наводил порядок в чужом хозяйстве. Таким образом, высвобождая дополнительные мощности для себя лично, Севка так же делал доброе дело для хозяина компьютера, за счет оптимизации тот получал чуть большую производительность. Со временем, он усовершенствовал уборщика, научив его оценивать содержимое чужих машин. И если уборщик находил какую-нибудь более совершенную версию программы, чем та, что имелась у Севки, он прибирал ее своими цепкими лапками.
Вот этого уборщика Нан Прохорыч у Севки и стянул. Завершив анализ, Севка задумался. Он так и не смог дать однозначной оценки, чем закончилась его операция: победой или поражением. С одной стороны, ему все-таки удалось внедрить в корпорацию своего лазутчика, с другой, - лазутчик был не тот. Лазутчик не имел с Севкой обратной связи, шагнул в провалище и сгинул бесследно. Прямо как в песне: «В далекий край товарищ улетает…»
* * *
Денис Карлович относился к категории ответственных работников не только по статусу, но и по душевному велению. Он примчался на работу третьего января, когда по трудовому распорядку ему еще следовало отбывать праздничный отпуск. Однако сидеть перед телевизором ему было скучно, посещать места массовых увеселений он не любил, а шатания по магазинам и вовсе считал уделом бездельников без воображения.
Охранный барьер на входе был преодолен с некоторыми трудностями, бдящих безопасников пришлось убеждать, испытывая чудовищную неловкость, ибо врать Денис Карлович не приучен, что прибытие на службу обосновано неотложными делами. Поднимаясь в лифте, он ощущал себя нарушителем, потому что никаких неотложных дел на самом деле у него не было, прошел по пустынному коридору и, слегка волнуясь, открыл нужную дверь личным электронным ключом. Очутившись в родных кабинетных стенах Денис Карлович, наконец, почувствовал себя в привычной уютной обстановке и успокоился.