— Ла-адно! — закричал ему Эдди. — Ла-адно! Сейчас верне-ем вашу ло-одку! Не раздева-айтесь!
Владелец лодки так и подпрыгивал от нетерпения.
— Головы вам сверну! — вопил он.
Лоуренс, нервничая, высморкался.
— Эдди, может, нам переплыть на тот берег и оттуда вернуться домой?
Эдди бросил на брата презрительный взгляд.
— Ты, я вижу, струсил?
— Нет, конечно, — после короткой паузы опроверг обвинение Лоуренс. — Но зачем нам с ним связываться?
Эдди молча, яростно греб; лодка неслась вовсю. Лоуренс то и дело искоса поглядывал на стремительно приближающуюся фигуру на берегу.
— Ты только посмотри, какой здоровяк, Эдди! — доложил Лоуренс. — Я никогда и не видел такого здоровенного! Да еще весь кипит от злости. Может, не надо было забираться в его лодку? Ему это, видно, не нравится — когда чужие люди… Эдди, слушаешь ты меня или нет?
Сделав последний, отчаянный героический рывок, Эдди вынес лодку на берег — раздался оглушительный треск скользящего по гальке днища.
— Бо-оже пра-аведный! — застонал мужчина. — Все, моей лодке конец!
— Мистер, да она в полном порядке, — попытался урезонить его Лоуренс. — Это просто галька, а днище не повреждено.
Тот, наклонившись, схватил Лоуренса одной рукой за шею и выволок на сушу. Это и в самом деле был очень крупный, крепко сбитый фермер, с выпирающими мускулами и густой, колючей бородой на двойном подбородке; толстые, волосатые ручищи его тряслись от гнева. Рядом стоял мальчик, — судя по виду, его сынок, — тоже злой-презлой.
— Ну-ка, дай ему как следует, па-ап! — нудно канючил он. — Отдубась, чтоб помнил!
Фермер отчаянно тряс Лоуренса, от приступа ярости почти лишившись дара речи.
— «Просто галька», говоришь? «В полном порядке»? — вопил он прямо в побледневшее лицо Лоуренса. — Я тебе покажу «днище не повреждено», я тебе покажу полный порядок!
Эдди вышел из лодки, сжимая в руках весло, готовый к самому худшему.
— Это несправедливо! — отбивался он. — Посмотрите, насколько вы больше его! Почему бы вам не ввязаться в драку с кем-нибудь вам под стать?
Сынок фермера, как и отец, все подпрыгивал от нетерпения и ярости.
— Я буду с ним драться, пап, я! Я такого же роста, как и он, такого же веса! Давай, парень, принимай боксерскую стойку!
Фермер поглядел сначала на сына, потом на Лоуренса.
— О'кей, — он медленно разжимал хватку. — Ну-ка, задай ему перцу, Натан!
Мальчишка подтолкнул Лоуренса.
— Пошли в лес, парень! — воинственно произнес он. — Там сведем счеты.
— Дай ему в глаз! — прошептал чуть слышно Эдди. — Дай ему в глаз, Лэрри, не бойся!
Лоуренс стоял неподвижно, опустив голову и разглядывая свои руки.
— Ну, так что же? — поинтересовался фермер.
Лоуренс все не спускал глаз со своих нежных мягких рук музыканта, то сжимая их в кулаки, то разжимая.
— Да он не хочет драться! — поддразнивал Натан Эдди. — Ему только нравится кататься на чужой лодке! А драться не желает!
— Нет, хочет и будет! — сурово процедил сквозь сжатые зубы Эдди. — Давай, Лэрри: один — в хайло, второй, короткий, — в глаз!
Брат его, однако, не двигался с места, все пребывал в нерешительности, думал, наверно, в эту минуту о Брамсе и Бетховене, о далеких пока для него больших, ярко освещенных концертных залах…
— Эй, послушайте, что с ним происходит, с этим парнем?! — заорал Натан. — Просто он трус, все городские — трусы, ежу ясно!
— Он не трус! — твердо возразил Эдди, хотя в глубине души отлично знал, что так оно и есть; подтолкнул коленями Лоуренса.
— Ну-ка, подними свою левую, Лэрри! Давай, Лэрри, подними левую, говорю тебе!
Оставаясь глухим к его требованиям, Лоуренс по-прежнему стоял навытяжку, руки по швам.
— Давай! Давай! Давай! — визжал Натан, подзуживая.
— Ну, будем драться или не будем? — задал вопрос фермер.
— Лэрри! — крикнул еще раз Эдди, и в голосе его чувствовалось отчаяние, накопившееся за все пятнадцать лет жизни.
Но и это не произвело никакого впечатления на Лоуренса. Тогда, нехотя повернувшись, старший брат зашагал в сторону дома.
— Он не будет драться! — остановившись, резко заявил Эдди и бросил, словно кость соседской собаке: — Пошли, ты!
Лоуренс не спеша наклонился, поднял с земли свои ботинки с носками и поплелся за братом.
— Минутку! — услыхал за своей спиной Эдди. Обернулся — к нему направляется фермер; подошел, схватил его своей громадной рукой за плечо, остановил.
— Нужно поговорить.