— Поэтому он так и играет, — откликнулся Пол. — Теперь я знаю, как описать игру этого актера: он играет как человек, у которого в почках камни.
Дора засмеялась.
— Прошлой зимой я сделала ему рентген. Он один из самых надежных клиентов доктора Тайера. У него вечно что-то болит. Этим летом он собирается извлечь камни из почек.
— Можно только пожелать удачи старику Флетчеру.
— Я делала ему массаж плеча. У него неврит. Он зарабатывает пятнадцать сотен в неделю.
— Стоит ли удивляться в таком случае, что у него неврит.
— Он приглашал меня пообедать у него в доме. — Дора высвободила руку, поднесла к его локтю, крепко его сжала. — Я ему нравлюсь.
— Кто в этом сомневается?
— Ну а что ты скажешь о себе?
— Что мне сказать? — недоумевал Пол.
— Я тебе нравлюсь?
Остановились у Рокфеллер-плаза и, прислонившись спинами к мраморной стене, любовались фонтаном, статуей, разглядывали людей, что сидели за столиками, уставленными напитками, а официанты стояли наготове, невольно прислушиваясь к журчанию фонтана.
— Я просто не выношу тебя! — Пол поцеловал ее волосы.
— Я так и знала, — ответила Дора.
Оба засмеялись.
Смотрели на Рокфеллер-плаза, на хилые подсвеченные деревца с зелеными листиками, шуршащими на ветерке, долетавшем до них через узкие пространства между высокими зданиями. Вокруг небольших бассейнов росли упругие, желтые анютины глазки, маленькие деревца с густой листвой; стояли морские обитатели, отлитые из бронзы, гидранты, и все сооружение слегка покачивалось на ветру в ярком, идущем сверху рассеянном свете прожекторов. Пары не спеша прогуливались по Пятой авеню, тихо разговаривая, и в голосах уже не чувствовалось в этот уик-энд усталости. Они по достоинству оценивали и фривольность и экстравагантность Рокфеллера: выделил особое место для бассейнов, заливаемых водой из гидрантов, для этих маленьких деревьев, скульптурных изображений морских богов, что катаются на спинах бронзовых дельфинов; внес весеннее оживление между этими строгими многоэтажными зданиями — в общем, попытался компенсировать привычную, скучную сторону бизнеса.
Пол и Дора пошли вверх по променаду, разглядывая витрины магазинов. Остановились у витрины мужской спортивной одежды: сколько элегантных габардиновых брюк, ярких рубашек с коротким рукавом, пестрых шейных платков…
— Представляю себе, как я сижу в своем саду, с двумя важными господами вот в такой одежде, и чувствую себя настоящим голливудским актером у себя в деревне.
— Разве у тебя есть сад?
— Конечно нет.
— Какие милые юбочки!
Подошли к следующей витрине.
— А с другой стороны, — продолжал Пол, — порой и в самом деле хочется так выглядеть: котелок на голове, облегающая голубая рубашка с плиссировкой на груди, узкий накрахмаленный белый воротничок, красивая «бабочка» за пять долларов, пальто от Берберри… Уходить с работы каждый день ровно в пять — и прямо на вечеринку с коктейлем.
— Но ты и так каждый вечер ходишь на вечеринки с коктейлем, без всякого котелка.
— Но я имею в виду совершенно другую вечеринку. — Пол повел ее через Пятую авеню. — Такую, на которую приходят истинные джентльмены, в накрахмаленных рубашках с плиссировкой на груди. Может, когда-нибудь…
Бросились в сторону, чтобы не угодить под колеса автобуса.
— Боже, ты только посмотри на эти платья! — восхитилась с завистью Дора.
Постояли перед витриной магазина Сакса.
— Пятая авеню-ю, — задумчиво протянул Пол, — улица грез.
— Как приятно сознавать, что такие прекрасные вещи существуют на свете, даже если они тебе недоступны, — прошептала Дора, зачарованно глядя на освещенную, словно театральной рампой, витрину с роскошным, цвета солнца платьем под девизом «Тропические ночи в Манхэттене»; там же почему-то — вырезанная из камня рыбина.
— Ну, куда? В верхнюю часть города или домой?
— Мне так хочется еще погулять, — призналась Дора с улыбкой. — Совсем немного. — И сильнее сжала его локоть. — Идем в верхнюю часть города.
Туда они и направились.
— Как мне нравятся эти манекены! — воскликнул Пол. — Все вместе и каждый по отдельности. Кажутся такими высокомерными, но в них чувствуется человеческая теплота; такие гостеприимные, такие вежливые! А грудь — как модно в этом сезоне.
— Конечно, здорово, — согласилась Дора. — Все из папье-маше; с папье-маше никаких проблем. Ты посмотри — чемоданы из алюминия, для воздушных путешествий.
— Похожи на кастрюли у моей матери на кухне.
— Разве тебе не хотелось бы иметь несколько таких?