– Не реви! – пробурчал гном, вытащил из кармана большую шоколадную конфету и протянул Юле.
– Не хочу! Спасибо! – она зарыдала еще сильнее.
– Вежливая какая, – проворчал гном и сунул конфету в рот. – Не реви, говорю! У меня от этого борода редеет. Вот! – он снял с зеленого камзола несколько выпавших из бороды волосков. – Ладно, помогу я тебе.
– Спасибо вам! – Юля попыталась его обнять. – Я знала, что вы хороший! Просто строгий. Как моя учительница в школе.
– Этого еще не хватало! – гном попятился и почти полностью скрылся в зеркале. – Ненавижу обнимашки! Ты это брось и слушай меня внимательно. Твой вредный кот отнял у меня самое дорогое. Поэтому ты должна мне тоже отдать самое дорогое, что есть у него.
– Я сейчас! – Юля заметалась по комнате, схватила рюкзак, бросила в него планшет, игровую приставку, пакет шоколадок, несколько любимых книг.
– Это все не то, – скривился гном. – Это просто вещи. Мертвые и холодные. И они твои, а не его. А мне нужно волшебство, понимаешь? Самое дорогое, что есть на свете – это волшебство. Его нельзя купить за деньги. Так что думай, – он нахлобучил на голову колпак и исчез в зеркале.
Юля достала из рюкзака планшет, погуглила: "самое дорогое", "как найти волшебство". Поисковая система послушно выдала множество картинок: дорогие машины, кольца, цепочки, бриллианты, волшебные курорты Египта. Мертвые, холодные вещи и ни одного нужного ей рецепта. Юля прилегла на кровать рядом с Матроскиным, обняла его. Один раз она уже его спасла: нашла в снегу дрожащий, рыжий, как и она сама комочек, принесла домой. Котенок был весь покрыт темными полосками, словно одет в тельняшку, как кот Матроскин из мультика "Каникулы в Простоквашино". Матроскин служил ей верой и правдой. Когда приходил старенький детский доктор и пичкал девочку горькими лекарствами, Матроскин грозно мяукал и выпускал когти, пытаясь поцарапать врача. Когда мама рано утром будила Юлю, чтобы отвести в школу, Матроскин выпрыгивал из-под Юлиного одеяла и грозно шипел, пытаясь не пустить маму в комнату. Он не хотел, чтобы девочка уходила из уютного мира, принадлежавшего только им двоим. Родители смеялись, что в душе он не кот, а собака. Юля задремала. Ей снились волшебные сны, но как отдать их гному?
…Ее разбудил восхитительный запах бабушкиных котлет. Юля побежала на кухню. Бабушка стояла у плиты, переворачивая котлеты на сковороде. Юля обняла бабушку, ткнулась лбом в клетчатый передник. Передник был волшебный – Юля это всегда знала. Всего два кармашка, но в них умещалось множество разнообразных вещей: катушки ниток и конфеты, блестящие фантики и наперсток, ленточки и яркие лоскуты, булавки и даже старый Юлин пупсик с облетевшей шевелюрой. Юля обожала копаться в этих сокровищах, а бабушке никогда это не надоедало.
– Все будет хорошо, моя девочка, – бабушка обняла Юлю, поцеловала в рыжую шевелюру. – Хочешь котлетку?
– Нет, – Юлька заглянула в добрые бабушкины глаза. – Ты-то хоть мне веришь?
– Конечно, милая! Я тебе всегда верю.
Полная, круглая, уютная бабушка с добрыми, сдобными, как те булочки, что она пекла, руками. Она всегда верила внучке. Даже когда не верил никто. Юле вдруг стало хорошо и спокойно. Все получится, все будет хорошо. Ведь рядом бабушка, а это само по себе волшебство.
– Бабушка, а что такое волшебство? Как оно получается?
– Волшебство, – бабушка ловко перевернула пышную котлету на сковороде, – это когда ты кому-то отдаешь самое дорогое, что у тебя есть. Когда тебе все равно, что будет с тобой, главное: чтобы все было хорошо с теми, кого ты любишь.
– А что самое дорогое у Матроскина?
– Ты, – рассмеялась бабушка. – Он тебя больше всех любит. Ты – его сокровище. Ну, кроме лап, хвоста и усов, конечно.
– Значит, выходит, что я – волшебная? – Юля недоверчиво хмыкнула.– Но я же самая обыкновенная!
– Но не для него. Ты вспомни, как его нашла: он замерзал в снегу, и вдруг пришла добрая фея, отнесла домой, в тепло, закутала в пушистый плед, дала вкусного молока. Разве это не волшебство?
Вот дурочка глупенькая! Как же она сама не догадалась!
Юля бросилась в комнату, подбежала к зеркалу.