Прокусив запястье и стараясь не пролить ни одной капли, он протянул мне. Не моргнув глазом, я коснулась места укуса губами и с причмокиванием стала пить, пока он не остановил меня.
Кровь Эржбета была насыщенной и напоминала что-то вроде пряного глинтвейна. Странный вкус, не такой как у Матвея, у сына — это было больше похоже на виноградный сок, возможно ввиду его возраста и того, что он питался кровью мага, а затем донорской.
Я не чувствовала в себе каких-то изменений, поэтому немного расстроилась.
— Поспи, завтра почувствуешь улучшение, — проговорил он, поставив поднос на столик и встав со стула. — Через несколько дней, оформим тебе выписку. Нечего здесь делать, — и ушел, оставив меня одну.
Снег за окном продолжал падать, и я не заметила, как уснула. Мне снилась кровь вампира, растекающаяся по моим венам, обволакивающая их золотым сиянием. Благодаря ей трещины исчезали, а переломы срастались.
Проснулась я от голосов и, открыв глаза увидела врача и медсестру, но уже другую. Это была неприятная женщина, с подозрительным, колючим взглядом и опущенными уголками губ, словно она отведала лимона. Таких дам я встречала в поликлиниках, они ругались с пациентами, кричали на младший медперсонал и вели себя очень высокомерно.
— Да говорю вам, Роман Визерионович, невозможно, чтобы у человека после комы были такие показатели!
— Клавдия Никитична, вам бы радоваться, что у девушки организм железный, за две недели и такой результат! С такими показателями только выписывать, ее муж уже заходил ко мне, с утра пораньше. Сказал, что хочет забрать жену в загородную частную клинику, у него там приятель главврач.
— Чем же ему наша клиника не угодила? Пациентку нельзя просто так перевозить, вдруг осложнения!
— Не преувеличивайте, — устало проговорил Роман Визерионович, было видно, что он сам не в восторге от разговора с медсестрой. — Да за такие деньги, какие там платят за лечение, его жена быстро выздоровеет.
— И все равно, как это может быть? — причитала женщина. — Мистика какая-то.
— Со мной что-то не так? — спросила я сонно, переводя взгляд с лечащего врача на медсестру с недовольным лицом.
— Ну что вы голубушка, все идет, как и положено. Организм ваш справляется с результатом аварии на отлично, а Клавдия Никитична просто удивлена, — он ободряюще коснулся моего плеча, и я улыбнулась «Знали бы вы, что за чудодейственное лекарство я выпила нынче ночью», — врачебных манипуляций по моему осмотру я даже не ощутила, видимо сон благодаря вампирской крови оказался очень крепким.
Врач померял мне температуру, задал несколько вопросов и, довольный, удалился. В коридоре был слышен недовольный крик медсестры.
— Так, Клавдия Никитична, я прошу вас, мы не на базаре, а в больнице. Здесь положено быть тишине и спокойствию, так что пойдемте. Распорядитесь чтобы пациентке Чайке принесли обед. Время-то уже, пора бы и самому подкрепиться.
Пока я ждала поднос с едой, радовалась тому, что, судя по всему, Эржбет, не подпускал ко мне Матвея, пока я лежала в реанимации.
Странная забота и волнение вампира меня удивили. «Может ему месяц на голову свалился, что он враз подобрел? Хотя казалось бы, ничего не изменилось…», — мне вспомнилось как он подхватил меня и прижал к себе. Внутри дернулась забытая струна чувств: «Ее муж уже заходил ко мне, с утра пораньше… хочет жену забрать…», — вспомнились слова доктора, и я заулыбалась.
— Добрый день, какая вы довольная — это хорошо! Лучшее средство для быстрого выздоровления улыбка, — ко мне с подносом вошла добродушная медсестра и помогла поесть, а потом даже принять душ.
Так приятно, когда о тебе заботятся.
— Вот выпишитесь — и все наладится, — сказала мне напоследок она, вытирая мои волосы полотенцем и осматривая швы. Оставшись довольной моим состоянием — она устроила меня на диванчике у окна, поправила подушки за спиной и вручила пульт от телевизора.
— Спасибо, — поблагодарила я, оставшись одна и включив телевизор. Там как раз начался старый фильм «Кубанские казаки», — который очень любила моя мама. Так прошло время и когда ко мне в палату с букетиком роз вбежал Матвей в вязаном свитере, который был ему мал, я рассмеялась, принимая его в свои объятья. Вдыхая родной детский аромат, чувствуя его пальчики, перебирающие мои волосы и приникшую к груди голову. От этого мига я растрогалась, роняя на его темную макушку слезы. Эржбет стоял в дверях, молча наблюдая за нашим воссоединением.
— Мамочка, почему ты плачешь, у тебя что-то болит? — он оглядел меня внимательным взглядом и удивленно вскинул брови.
— Нет, все хорошо, да ты и сам должен был увидеть. Как я тебе?
— Ну, Эржбет сказал, что напоил тебя своей кровью, — перешел на шепот Матвей, а вампир предусмотрительно закрыл дверь. — Поэтому все более-менее хорошо, есть черные сгустки. В голове, руке, ключице, но в остальном все, как всегда. Удивительно! Неужели я тоже когда-нибудь смогу также излечивать, — он обернулся к Эржбету.
— Сможешь, когда подрастешь и окрепнешь. Сейчас тебе необходимо хорошо питаться и тренироваться, — он поставил в пустую вазу другой букет — алые, как кровь, едва раскрывшиеся бутоны на длинной ножке стебля с острыми шипами.
«Два букета от двух заботливых мужчин», — подумала я, гладя Матвея по голове, держа его ручку в своей.
— Как ты там без меня, не создавал проблем Эржбету? Слушался его? — спросила я, стараясь не смотреть на вампира. Его внимательный взгляд заставил меня ощутить легкое смущение, и я порадовалась, что приняла душ.
— Не считая попытки проникнуть к тебе ночью в виде маленькой летучей мыши, твой сын вел себя достойно, — ответил за него вампир, и мне пришлось посмотреть на него.
Эржбет не насмехался надо мной, в его глазах было что-то странное, необъяснимое, как для вампира, но объяснимое как для обычного мужчины — симпатия. Ко мне…
Несколько минут мы разговаривали о том, как Матвей учился, пока меня не было. Оказывается, они постоянно жили в замке, где сын познакомился со старым Барто и многое узнал о вампирах, больше чем от дедушки. Еще Барто научил его как отличать настоящие драгоценные камни от поддельных.
— Мы скоро сможем забрать ее? — сын повернулся к Эржбету.
— Скоро, быстрее чем ты думаешь, — ответил он с теплотой, уголки его губ слегка приподнялись, он погладил Матвея по голове.
— Сходи к автомату, купи мне шоколадку, — попросила я, многозначительно смотря на Эржбета, тот вручил сыну несколько купюр и мальчик убежал.
— Одна из медсестер заметила мое слишком быстрое излечение, у нее возникли подозрения, — начала я.
— Я знаю, уже был у врача и все уладил.
— Когда только успел, — удивилась я.
— Поэтому и поторопил его с документами о выписке. Еще ночь тебе придется побыть здесь.
— Так вот почему они все такие добродушные и понятливые! — осенило меня.
— Не только, просто сами по себе хорошие люди, которым жаль несчастную девушку, которую сбила машина с пьяным водителем, и его уже якобы задержала полиция, и справедливость восторжествовала. Так я сказал врачу, а он остальным сотрудникам, которые занимались тобой, — пояснил Эржбет.
— Когда ты хочешь меня отсюда забрать, завтра вечером? Это не будет выглядеть подозрительно? — я подалась вперед, чувствуя себя заговорщиком.
— Завтра утром. Все будет выглядеть цивилизованно, поскольку персонал считает меня твоим мужем, а Матвея нашим сыном. Мы идеальная семейная пара, я много зарабатываю и многое могу себе позволить, — он наклонился в мою сторону.
Я чувствовала запах, исходящий от его рубашки: пахло морозной свежестью и хвоей леса вокруг замка Эржбета.
— Мам, я взял несколько, — в палату вернулся Матвей.
— Спасибо, будет с чем попить кофе, если мне его, конечно, позволят выпить, — я откинулась на спинку дивана.
— Позволят, — спокойно сказал Эржбет.
Они еще немного побыли со мной, а на прощание сын обнял меня, и они ушли. Эржбет задержался лишь на миг и сказал одними губами, то, что я итак поняла: «Ночь».