– Понял. Я сяду.
– Встал и пошёл.
Анатолий Фёдорович, зажав рану в правой руке, подошёл к машине и сел на заднее сиденье.
Я захлопнул дверь и обратился к Крапиве.
– Сядь в Ауди и едь за город, куда мы планировали. Связь также держим. Я за тобой.
– А как ты с ними?
– Они раненые, неопасные, как только за город выедем, свяжу плотнее.
– Хорошо, – партнерша развернулась и побежала к своей машине.
Я быстро сел на место водителя. Чёрт, на этом космолёте, я ещё не летал. Я залип на панель управления. Машина была заведена. Но что и куда двигать было не ясно. Я какое-то время тупил, но всё оказалось проще, чем я думал. Машина поехала. Эту часть города я знал неплохо, поэтому рулил достаточно уверенно. Периодически проверял пленников Восприятием.
– Значит так, Череватовы, – обратился я к пленникам, – не мешаете мне ехать, дольше проживёте. Вова, оттопырь любой палец на левой руке. Мизинец. Сейчас большой. Сам такой!
Последнее прозвучало в ответ на средний палец.
– Теперь поняли, что я вас обоих и без глаз вижу? Поняли. Так вот, пистолет у меня под рукой, шалить не рекомендую.
Меня обматерили, но без задора. От бессилия, скорее. Хотя я не обольщался, эти двое не сдались и будут искать варианты решить со мной вопрос. Я тем временем нагнал неспешно едущую Ауди Крапивы и пристроился за ней.
– У меня всё спокойно. Едем, куда планировали, – проинструктировал я её в наушник.
– Хорошо. Будь осторожен с ними.
– Конечно.
На заднем сиденье ворочались и матерились. Матерились в основном от боли. У младшего Череватова, видимо, было достаточно сильно повреждено запястье, после чего ещё и стянуто пластиковым наручником, что ему удовольствия от поездки не добавляло. У старшего прострелена рука, но, насколько я успел заметить, кость цела. Тем не менее рана кровавая. И Анатолий Фёдорович просто пытался её зажать здоровой рукой.
– Слышь, Леонид, или как там тебя звать… Маугли, – обратился ко мне Череватов-старший, – нас перевязать надо. Иначе мы кровью истечём и говорить тебе не с кем будет.
– Потерпите. В больницу я вас не повезу, поэтому как за город выедем, так остановимся и перевяжем вас. Пока можем начать говорить. У меня такой вопрос: вы трупы нашли Николая и друзей?
– На хрена нам их искать? – как мне показалось, по-настоящему удивился Анатолий Фёдорович, – если Степан с ними разобрался, то нам только геморрой будет, если мы их найдём. И так понятно, что он их куда-то прибрал. Скорее всего как обычно ракам скормил на том пруду, куда тебя отвозил. Непонятно только, зачем он тебя в живых оставил.
– Это наши с ним дела. Кто-то ещё кроме Степана получал задачу меня убить? Кто ещё из ваших «ножей» меня ищет?
– Никто тебя не ищет, кроме ментов и родственников. Мы тебя трупом считали до сих пор.
– А кто знает про заказ на меня? Вы же там в офисе не на доску объявлений вешаете заказы на убийство.
– Кто надо, тот знает. Тебе теперь просто так не выжить. Договариваться надо будет, если жить хочешь, – мне кажется, или меня разводят. Они хоть понимают, что несут? Мне проще всего их убить. Но, видимо, они до сих пор верили в то, что Степан жив и ему нужны их деньги, а меня считали кем-то типа его помощника.
– Смотрите, если договоримся, я хочу спокойно с семьёй уехать. Для этого мне надо знать, кто ещё меня ищет сейчас? И кто заказчик?
– Ага, так мы тебе и сказали, кто заказчик. Парень, ты дел наделал уже, – Фёдорович всё более уверенно держал линию посылания меня на хрен. Как я понимаю, он думал, что, начав общаться со Степаном, он договорится с ним, а меня в расчёты брать не стоит. Значит, надо дать им расклады как есть и посмотреть на реакцию, но позже, когда приедем в укромное место. Я замолчал.
– Давай возле тех посадок остановимся, там кювета нет, съедь с дороги поближе к деревьям. Этих перевязать надо, – попросил я Крапиву.
Мы заехали под деревья, совсем недалеко от города и от дороги, по которой то и дело проезжали машины, но внимание не привлекали.
Может, пикник у нас тут. На обочине.
– Значит так, ты выходи из машины, – обратился я к младшему Череватову, после чего притормозил начавшего тоже шевелиться старшего, – а ты пока сиди.
Рука у Вовы выглядела паршиво. Пуля попала в запястье, и теперь этот сустав был полностью разрушен. Всё было залито кровью. Поскольку у меня в любом случае не было планов оставлять этих представителей семейства Череватовых в живых, то и лечить это я не планировал. Но какую-то первую помощь надо было оказать. Подошла Крапива, держа пистолет за спиной, чтобы с дороги было не видно.