– Мир всегда был большим. Просто мы смотрели на маленький его кусочек и думали, что нам этого хватит. А теперь мы увидели больше. Понять бы ещё, что такое мы видели. Я одежду этих «пришельцев» посмотрел – абсолютно одинаковая. Как форма. Оружие это их – чистая фантастика
– У меня никаких идей. Я даже не знаю, злиться мне, плакать или смеяться.
– Только не злиться. Я на тебя злую насмотрелся. Слезами тоже делу не поможешь. Да и не идёт тебе. Только смеяться! Ну, или улыбайся. В общем, прорвёмся.
– Прорвёмся, – эхом отозвалась девушка и печально улыбнулась.
– Сейчас налево поворот должен быть.
Крапива сбросила скорость, вскоре фары высветили поворот, и мы оказались на узкой тёмной дороге. Спустя примерно три километра мы поехали вдоль реки, и я попросил Крапиву сбросить скорость до совсем медленной, высматривая, где бы нам остановиться так, чтобы было легко спуститься к реке. Подходящее место нашлось достаточно быстро. С дороги прямо к воде шёл засыпанный гравием съезд. Мы повернули и остановились у самой воды на каменистом берегу, вернее не каменистом, а засыпанном щебёнкой. Я присмотрелся – похоже на брод. Колея уходила прямо в воду и выходила из воды на другой стороне. Не самое оптимальное место для захоронения трупов, но лучше нам уже не найти.
Неожиданно меня настигла очень даже разумная мысль: этих людей с нами не связывает ничего, кроме тех мешков, в которые они упакованы. Если даже и найдут трупы, то что? Мы же никак с ними не связаны! Это ещё надо увязать, что именно они нас искали, а даже если эта связь и будет обнаружена, то мы в любом случае не факт, что их видели. А вот если найдут трупы в мешках, купленных в супермаркете, достаточно редкого объёма, то искать «упаковщика» станет намного легче. Сами мешки и будут ниточкой, ведущей к нам. Так, а что же делать то? Получается, что надо кидать в воду без мешков.
Я попросил Крапиву отойти подальше, так как всё старался её оградить от того, что делаю. Она отказалась. Опять пришлось раздеться до трусов. Я вытащил первый мешок, зашёл с ним в воду. Было неглубоко, чуть больше метра, течение, как и должно быть на мелководье, было быстрое. Я спустился чуть ниже по течению и почувствовал, что дно резко понижается. Развязал мешок и вытряхнул тело в воду. Труп скрылся под водой. Говорят, позже они всплывают, но придумать что-то более разумное я не мог. Да и что такого, если найдут? Со мной их не связать. Надеюсь.
Следующий. Сделано. Следующий. Сделано. Остался мешок с тряпками и одеждой. Его бы надо сжечь. Я уже основательно подмёрз, поэтому, как только с водными процедурами было покончено, сразу оделся, но согреться не получалось. Оттащил пустые мешки и мешок с одеждой подальше от машины, свалил всё в кучу и поджёг от зажигалки. Огонь с энтузиазмом пожирал пластик мешков и ткань одежды. Я подкинул несколько веток, найденных тут же в кустах. Наконец, всё прогорело полностью, я убедился, что никаких кусочков одежды или пластика не осталось, подбросил ещё веток и пошёл обратно к машине. Светало. Вот если убрать трупы и кровь из ситуации, то всё очень даже романтично: встречаю рассвет с красивой девушкой на берегу реки рядом с костром. Но трупы, конечно, всё портят. Ладно, хватит тупить, надо возвращаться.
Крапива, казалось, даже не меняла позу. Так и стояла возле открытой двери машины.
– Я всё. Поехали обратно.
В машине я, наконец, согрелся. Мысли работали всё медленнее. Я чувствовал, как устал. Про проблемы думать уже не получалось. Стал думать про хорошее. Хорошее сидело на соседнем сиденье и с серьёзным видом рулило по трассе. Видно было, что Крапива тоже основательно вымоталась.
– Слушай, ты маме сказала, что пошла ко мне, и на ночевать домой не вернулась. Мама с папой вопросов не зададут тебе? Или мне.
– Я взрослая девочка, да и, ты знаешь, никаких посланий от мамы нет, никаких вопросов. Видимо, доверяет тебе.
– О! Приятно, – от нечего делать я полез в бардачок машины и первое, что обнаружил, это пачку сигарет. – Куришь?
– Нет. Это мамины! – чуть быстрее обычного ответила девушка.
– Врёшь? – буду тренировать свой детектор лжи.