Претор Октпо, наблюдавший за развитием событий с площадки у вершины Те-Манга, убрал бинокль в один карман, а из другого кармана вытащил портретную маску Рико Верде, директора информационно-разведывательного агентства «INFORFI». Приладив маску на лицо, он повернулся к Ми-Го и спросил:
— Ну, как?
— Нормально, претор. Если не знать, то в жизни не догадаешься, что это не твое лицо.
— Тогда, — произнес Октпо (точнее, уже Рико Верде), — меняем эмблему, и полетели.
— ОК, — отозвался пилот, подошел к автожиру и наклеил поверх эмблемы «New-Zealand Helicopter Club» другую эмблему: «Convent of Meganezia. INFORFI special agency». А примерно через 5 минут, этот автожир приземлился на центральной площади Аваруа, между Новым Маркетом и старым католическим собором. Мероприятие проходило с участием команды «туристов-пиратов», которые уже успели переодеться в униформу Народного флота Меганезии, поднять над мэрией флаг с трехцветным стилизованным цветком на лазурном поле, и под дулами коротких боевых ружей (бывших пиратских пистолетов) препроводить «отцов отечества» на рыночную площадь…
…Худощавый мужчина лет 45 с плюсом, на вид — мексиканец, спрыгнул из кабины автожира на грунт, окинул «отцов отечества» цепким взглядом и произнес.
— Меня зовут Рико Верде, я директор спец-агентства «INFORFI», службы безопасности Меганезии, и представляю Конвент. Здесь на площади находятся восемь министров, а также мэр и вице-мэр города. Пусть эти десять человек сделают три шага вперед.
— Зачем? — тихо спросил кто-то.
— Вам нужны дополнительные проблемы? — осведомился директор «INFORFI».
— Нет, — буркнул спрашивавший, выходя вперед, — я премьер-министр Генри Анеренга.
— Вы здесь, — констатировал Рико Верде, окинув взглядом этого пожилого мужчину, британско-полинезийского метиса, одетого в строгий серый костюм, — и вы слышали постановление Трибунала, согласно которому вы должны сложить полномочия перед комиссаром Конвента. Был телефонный разговор, и вы отказались это выполнить.
— Но… — Генри Анеренга выразительно помахал пухлыми ладонями в воздухе, — у меня имелись сомнения, что комиссар Конвента, это законная власть.
— Сомнения… — директор «INFORFI» мазнул взглядом по остальным семи министрам, и двоим старшим сотрудникам мэрии, нашедшим в себе решимость шагнуть вперед, — Вы понимаете, что всех вас, по вердикту Трибунала, следует расстрелять?
— Расстрелять? — ахнул кто-то.
— Но… Простите… — произнес премьер-министр, — Как же… Это…
— У вас снова сомнения, да? — язвительно поинтересовался директор «INFORFI» и, не выслушивая ответ, обратился к одному из бойцов Народного флота, — Лейтенант, здесь работает TV-хроника?
— Хроника работает, сен Верде. Вот, сержант с TV-камерой.
— А меморандум о взятии Аваруа уже зачитан по TV?
— Да. Все, как в инструкции.
— Отлично. А где тут менеджеры филиала сингапурского банка «United Over-Ocean», нарушившие билль Трибунала об аннулировании земельных залогов?
— Вот, они, сен Верде, сидят на циновке под охраной. Все четверо согласно списку.
— Блестящая работа, лейтенант. Расстреляйте их там, на берегу, перед TV-камерой в прямом эфире. Ракурс телерепортажа выберете сами. Исполняйте.
— Да, сен Верде.
Рико Верде кивнул лейтенанту и прошелся вдоль толпы чиновников и полисменов.
— Скажите, кто еще из вас испытывает сомнения в законности новой власти?
— А что? — раздался женский голос из середины толпы.
— Подойдите сюда, — сказал Рико Верде.
— Зачем? — опасливо спросила обладательница голоса, явно жалея, что не промолчала.
— Подойдите-подойдите. И назовитесь.
— Эх… — симпатичная, хотя немного полноватая метиска, одетая в белую юбку и жакет, вышла вперед, — мое имя Хлоя Нидлерсон, я супервайзер коммунальных сетей.