Полинезийские Спорады (архипелаг Лайн), формально — территория островного мини-государства Республика Кирибати. Спорады — редкая цепь коралловых островков и атоллов, на подводном хребте, тянущемся, почти от Гавайев, на 3000 км к югу — юго-востоку, достигая Французской Полинезии. На южном хвосте Спорад лежат наиболее мелкие островки. Один из них — Вастак, треугольный блин размером около километра, в 4000 км к югу от Гавайев и в 800 км к норд-норд-вест от Таити. При взгляде с палубы яхты видна пушистая и яркая зеленая шапка, занимающая половину острова, и может показаться, что здесь — маленький тропический рай, вроде курортных островков Бора-Бора. Но, сразу после высадки на берег, становится ясно, что природа Вастака вовсе не райская, а пушистая зелень — это очень высокие заросли древовидного кустарника — суккулента, растущего из кораллового песка, перемешанного с опавшими листьями прошлых поколений того же кустарника. Большая часть островка, это голый песок, без признаков жизни. Жизнь бурлит вокруг, на обширном мелководном коралловом плато, окружающем Вастак — но не на его пустынной суше.
Вастак долгое время оставался нетронутым людьми, но несколько лет назад техногенная деятельность внесла в ландшафт островка свои коррективы: на границе кустарниковых джунглей и песчаного пляжа возник нарядный белый купол маленькой обсерватории и служебно-бытовой домик. Автором этой красоты был нью-йоркский академик Джеймс Макаронг, который, для научных целей, недорого арендовал часть островка у властей Республики Кирибати. Членом Нью-йоркской Академии наук может стать вообще кто угодно, хоть шимпанзе — если оно платит взносы около 300 долларов в год. Этот факт известен чиновникам в развитых странах, а в остальном мире красивый сертификат этой академии нормально действует. Пользуясь этим, персонаж, известный в узких кругах, как доктор Упир, под видом академика Макаронга, построил на Вастаке терминал перевалки мелких грузов для своего бизнеса на островке Флинт, что в 160 км от Вастака. К чести доктора Упира надо сказать: обсерватория была настоящая, с отличным 6-дюймовым любительским телескопом за 2000 долларов, и доктор Упир иногда отправлял заметки о наблюдениях академика Макаронга в «Астрономический Вестник Новой Зеландии». Да, кстати, слово «Macarong» (которое у западного субъекта однозначно ассоциируется с макаронами) по-вьетнамски значит «вампир». Доктор Упир сохранял юмористически-трогательную верность своему инфернальному прозвищу.
Поскольку команда Октпо — Рулетки (как и команда доктора Упира) имела прямое отношения к Великой Кокаиновой тропе, Вастак был хорошо им известен, и потому, сейчас они использовали его как удобную площадку для встречи с представителями вооруженных сил США.
Меганезийская делегация выглядела очень скромно: два легких автожира, два пилота, военврач и офицер спецслужбы. Траулер «Ламантин» с экипажем в счет не шел, поскольку являлся мирным рыбацким судном. А делегация США состояла из взвода морпехов, прилетевших на двух тяжелых конвертопланах V-22 «Osprey», во главе не только со своим штатным лейтенантом, но и с полковником Акселем Брауном. Этот полковник, как будто сошел с кадра патриотического фильма о морской пехоте. Едва коснувшись подошвами кораллового песка пляжа, он отдал несколько приказов, и все морпехи бросились занимать позицию, как будто им предстояло отразить здесь, как минимум, нападение марсианских треножников из романа Герберта Уэллса «Война миров». Меганезийцы с интересом глядя на это шоу, поставили на раскладной столик кофейник, пластиковые чашки, и блюдце с полинезийскими жареными бананами.
Старший американец проигнорировал эти знаки гостеприимства и резко спросил:
— Я полковник Браун, морская пехота США. А кто старший в вашей группе?
— Комэск Элболо, военная разведка Меганезии, — отрекомендовался Октпо. Вместо портретной маски Рико Верде он на этот раз надел огромные солнцезащитные очки, закрывавшие почти половину лица.
— Ясно, — американец кивнул, — А где наши люди, комэск?
— Они на гражданском траулере, полковник. Мы решили: так правильнее. Ведь, ваши солдаты не пленные, а просто сопровождаются нами в целях безопасности.
— В таком случае, комэск, пусть их передадут нашему взводу.
— Aita pe-a, — ответил Октпо (или Элболо), извлек из кармана серебряный свисток, (т. н. боцманскую дудку) и дважды свистнул.
По этому сигналу, остальные трое меганезийских военных, без спешки, встали из-за столика, и двинулись на борт «Ламантина». Полковник Браун внимательно следил за их действиями в поисках подвоха. Вот, трое американских коммандос, в сопровождении меганезийцев, сошли на берег. Вот сошли следующие трое, причем один опирается на плечи двух других. А вот еще трое, причем двое несут третьего на носилках. Кажется, никаких хитростей, но (по мнению полковника Брауна) подвох обязан был быть! Вот! Дойдя до площадки, занятой американским взводом, один меганезийский военный, в процессе передачи «раненых и спасенных» начал общаться с военврачом морпехов.