Михаил рисовал на доске замысловатые траектории, похожие на знак бесконечности.
– Ретранслятор пройдет сверху, и на втором витке торможения придет в точку Лагранжа с около нулевой скоростью, а МАВР пройдет снизу, и через 5-6 витков тоже сможет снизить скорость до приемлемой для посадки.
– Но это сколько же топлива придется взять и сколько придется работать двигателям?..
– Много, и работать придется на 2-3 дня дольше. Но это все равно меньше, чем если мы решим заниматься маршевыми двигателями. И это все равно лучше, нежели мы будем ждать следующий корабль к Луне. Мы должны лететь сейчас. Или не полетим уже никогда.
Через три дня вся команда разработчиков по видеоконференции представила сотрудникам Роскосмоса свое предложение по выведению полезной нагрузки на расчетные траектории, не нарушая основной полетной программы. Единственное, что требовалось от разгонного модуля Роскосмоса, это выключить двигатель в расчетной точке, отстрелить последовательно МАВР и ретранслятор и снова запустить двигатель, продолжив движение к неизбежному столкновению. Далее МАВР и ретранслятор по сложным спиралевидным траекториям огибали летящую навстречу Луну и попав в ее гравитационное поле увлекались им вслед за спутником. После чего ретранслятор стремился отдалиться от Луны и оказаться в точке Лагранжа, а МАВР, наоборот, стремился занять низкую круговую орбиту, с которой в итоге и произвести спуск на поверхность.
Роскосмос скептически отнесся к предложению, но после пары недель раздумий и, вероятно, нескольких звонков от инвесторов МАВРа выдал свое положительное заключение.
В назначенный час ракета-носитель Ангара-А5 стартовала с космодрома Восточный и понесла в небо комплексную полезную нагрузку, в которую помимо земляного снаряда, входили МАВР с посадочным модулем, завернутые в несколько подушек безопасности, которые должны были надуться непосредственно перед падением МАВРа на поверхность спутника, и ретранслятор в форме куба со стороной 30 см, обклеенного с четырех сторон солнечными батареями. С двух оставшихся сторон у ретранслятора были фазированные антенные решетки. И, как узнали друзья незадолго до установки МАВРа под головной обтекатель, вместе с ними летели еще 18 кубсатов.
Первая часть полета прошла полностью в штатном режиме. Разгонный блок вывел всю полезную нагрузку на круговую орбиту, сделал пару витков для тестирования систем и приготовился отстрелить кубсаты. После чего включил маршевый двигатель и начал стремительно уводить оставшийся груз все выше и выше.
Прошло несколько часов.
– Сколько до выключения? – спросил Михаил, одного из операторов ЦУПа.
– Три минуты.
По договоренности с Роскосмосом друзьям разрешили присутствовать в ЦУПе и даже установить в нем свое оборудование для телеметрии и управления. Впрочем, из оборудования было всего пара ноутбуков со специальным программным обеспечением, которые по сети Интернет связывались со спутниковым антенным комплексом, который, согласно договору, арендовался у Останкино. Это было сделано для того, чтобы телеканалы получали гарантированный прямой трафик с телекамер МАВРа.
– Остановка двигателя. Стабилизация, – четко проинформировал оператор. – Команда на отделение лунохода. 3-2-1 – отделение. Команда на отделение радиопередатчика. 3-2-1 – отделение. Запуск двигателя через 9-8-7…
– Не понял, минуточку! – встревоженно воскликнул Илья, он был ведущим программистом проекта и сидел сейчас сразу за обоими ноутбуками. – Откуда такая задержка с отделением?! Почему только на третью секунду?
– Отделение произошло согласно техническому заданию, – ровно ответил оператор.
– Но почему на третью секунду?!
– Стандартная задержка от момента подачи команды до срабатывания захватов.
– Но мы не рассчитывали ни на какие задержки. Мы указывали в ТЗ конкретное время отделения, – тут уже вмешался Михаил. – Вы понимаете, что три секунды на таких скоростях, это лишние 10-20 километров?
– Отделение произошло согласно техническому заданию, – спокойно повторил оператор.
– Нет, не согласно, – также спокойно, но очень холодно проговорил Михаил и повернул к оператору ноутбук с текстом ТЗ. – Здесь было сказано «произвести отделение», а не «выдать команду на отделение».
Рядом беззвучно возник руководитель полетов. Оператор продолжил отсчет:
– 2-1 – Запуск двигателя.
Разгонный блок стремительно покинул место разделения.
На фоне пульсирующего пятна работающего реактивного двигателя две маленькие голубые точки медленно разлетались вправо и влево от неотвратимо приближающегося яркого серпа. Обсуждать ТЗ было, очевидно, уже бессмысленно. Двигатели ретранслятора и посадочного модуля уже были запущены бортовыми программами и уводили аппараты, но не совсем туда, куда планировалось. Тишина стала вязкой, и во рту появился привкус отчаяния.