Глава 6.Привал.
После получасовой поездки галопом лошадей пустили шагом. Все заметно устали: бока животных тяжело вздымались, с шерсти катились крупные капли пота, а в воздухе витал густой запах разгорячённой кожи и пыли.
Всадницы тоже едва держались в седлах.Тропа теперь шла под уклон, и лошади сами сбавили ход, ступая осторожно. Тишину нарушали только тяжёлое дыхание, глухой перестук копыт да редкое звяканье упряжи.— Нужно найти укрытие до темноты, — сказал Тарк, оглядываясь по сторонам. Его голос звучал хрипловато — дорога вымотала всех без остатка.До этого момента молчавший Кедр, заметно похудевший и осунувшийся, вдруг выпрямился в седле. Он медленно обвёл взглядом окрестности, прищурившись, будто пытался разглядеть в сгущающихся сумерках хоть намёк на безопасное место.— Там, — наконец тихо произнёс он, указывая в сторону невысокого скалистого выступа, где тёмная тень словно отслаивалась от склона. — Видите? У той гряды есть нависающий камень — вроде козырька. Под ним можно укрыться от ветра, да и от дождя, если начнётся. А если поискать, наверняка найдём пару крупных валунов, чтобы с подветренной стороны хоть какой‑то заслон устроить.Маврика чуть наклонила голову, вглядываясь в ту сторону, куда показывал Кедр.— Ты думаешь, там безопасно? — спросила она, невольно понизив голос.Кедр пожал плечами:— Безопасных мест сейчас нет, но это лучше, чем открытая тропа. Главное — добраться туда, пока совсем не стемнело.Лира, до этого сидевшая чуть ссутулившись, вдруг встрепенулась:— А если там кто‑то уже есть? Зверь какой‑нибудь…Тарк коротко усмехнулся.— Тогда будем надеяться, что он так же устал, как и мы, и не захочет связываться.Кедр снова посмотрел на тропу, на лошадей, чьи бока всё ещё вздрагивали после долгой скачки, и тихо добавил:— Давайте не будем терять время. Я пойду вперёд, посмотрю, нет ли там чего опасного. А вы держитесь чуть позади.Лира с Маврикой переглянулись — в их взглядах мелькнуло что‑то похожее на растерянность, смешанную с лёгкой неловкостью. Было непривычно, что мужчины переживают за безопасность, берут инициативу, отдают распоряжения. Они настолько привыкли брать всё в свои руки, годами оттачивали умение полагаться только на себя, что эта мужская активность сбивала с толку, словно мир вдруг слегка сдвинулся с привычной оси.— Вперед, — коротко бросил Кедр. Он тронул поводья, и его лошадь, уже не торопясь, двинулась вперёд, к тёмному выступу скалы.Маврика замерла, потом медленно натянула поводья, лошадь послушно пошла за остальными. В груди всё ещё гулко стучало после скачки, но теперь к усталости примешивалось странное чувство: будто она на мгновение отдала часть своей привычной власти и не знала, радоваться этому или тревожиться.Тем временем остальные мужчины, рассредоточившись, ушли в сторону подлеска — кто осмотреться, кто за сухими ветками для костра. Их голоса, тихие и деловитые, доносились сквозь сгущающиеся сумерки, непривычно спокойные, без суеты. А Лиру и Маврику оставили готовить незатейливый ужин: разжечь небольшой огонь, если Тарк даст добро, нарезать вяленое мясо, смешать остатки лепёшек с горстью сушёных ягод.Маврика разложила на плоском камне ломтики вяленого мяса, не глядя на подругу, будто боялась, что, встретившись с ней взглядом, не решится сказать то, что давно крутилось на языке. А потом всё‑таки подняла глаза :— Знаешь, я всё время думаю, как странно, что мы с Вейрой такие разные. Не только внешне: она брюнетка, кожа тёмная, будто впитавшая в себя тень леса, а я — светлая, словно рассвет по мне прошёлся и оставил эти голубые глаза… И и внутри мы совсем не похожи.Лира замерла, держа в руках пучок сухих трав для чая, и чуть нахмурилась:— Ты это к чему?— Да ни к чему… просто к слову пришлось. Иногда мне кажется, что мы даже не сёстры. Будто нас вырастили в разных племенах. Вейра смотрит на мир как на врага, которого нужно либо подчинить, либо уничтожить.-А ты… ты смотришь и будто ищешь, где можно помочь. Даже там, где, по нашим правилам, помогать не положено.