***
Выспаться Федору так и не удалось, зато получилось вспомнить все прошедшие года с омерзительной четкостью. Мужчина отдернул занавеску, выглянув в окно. По крайней мере погода на улице сегодня благоволила человеку. Никаких снежных торнадо или барханов. Белая пустошь была спокойна. Где-то в затылке кольнуло, словно предчувствие, что эта благодать закончиться, и если Федр не поторопиться, то может не успеть засветло прийти с поисков маяка. Внутренний голос подсказывал ему, что маячок будет найден.
Одевшись потеплее, закутав лицо в шарф и переваливаясь в своих одеждах, Федор Михайлович сел на снегоход, направившись в бескрайние прерии северных широт. Рация затрещала, подав сигнал, что работает. Мужчина сверился с навигатором и двинулся в путь.
Слева, справа, сзади и спереди все было одинаковым. Где-то, конечно, торчали сухие и закрученные злыми ветрами стволы иссохших деревьев, бог знает каким образом умудрившихся здесь прорости, но в целом картина была одна – белая пустота. Серая точка на экране навигатора медленно приближалась, пока Федор не оказался прямо на ней. Мужчина оглянулся, но никакого маячка не было видно. Солнце начало подниматься все выше и выше в небо, так что Федору пришлось надеть солнцезащитные очки, чтобы не ослепнуть от белизны и продолжать всматриваться в снег. Ни мигающих огоньков прибора, ни очертаний этой самой электроники.
Выключив двигатель и спрыгнув с снегохода, мужчина приступил к поискам. Вроде как ночью не было особой метели, а сам маячок пропал ближе к полуночи, значит он должен быть где-то у поверхности. Круг за кругом, Федор внимательно обыскал первые пять метров возле точки, где должен был быть маяк – ничего. Точно такая же пустота, как и во время его поездки к данному месту. Значит, нужно искать дальше.
Зона поисков проклятого прибора постепенно становилась все больше и больше. Захотелось есть и спать – значит время перевалило за полдень. Очень хотелось вернуться на базу, плюнув на все и написать письмо руководству. Не важно, что оно скажет, выговор будет сделан в теплой комнате, сытости и после хорошего сна. Отмахнувшись от навязчивых мыслей, Федор оглянулся по сторонам. Снегоход был достаточно близко, где-то в тридцати метрах от него, когда сильный порыв ветра поднял снег перед глазам, а когда белая пелена осела на землю, транспорта уже не было. Выругавшись самыми бранными словам, Федор замотал головой во все стороны – снегохода нигде не было видно. Взглянув вниз, мужчина рухнул на пятую точку, тяжело задышав и готовый поклясться, что таких шуток с ним природа севера еще не делала. Все следы, которые от оставил на снегу попросту исчезли. Быть такого не может, чтобы все замело от одного только легкого ветерка. Постучав по карманам, Федор достал рацию. Электроника отозвалась.
– Это Федор, база, прием! Это Федор, я, кажется, потерялся. – ответом были только статические помехи, которые медленно заколачивали гвозди в крышку гроба. – База, это Федор, прием! Черт подери! База, ответьте! Я не могу найти свой снегоход, нахожусь где-то в двадцати-тридцати метрах от места, где был потерян сигнал с маячком! База, как слышно? Как слышно?!
Ничего, только белый шум и редкие скрежущие звуки. Паника медленно подступала к сознанию Федора, начав играть с ним злые шутки: то снег вдруг захрустит позади него, то где-то неведомый зверь завоет, то ли волк, то ли медведь. Кажется, рация все же заработала. Мужчина снова достал ее из кармана, прислушиваясь. Тишина, будто он в каком-то глупом и неправдоподобном фильме ужасов.
– Мы на… широты…
- Прием?! – лицо Федора исказила мысль надежды на спасение. – Это Федор, прием! Прием, черт бы тебя побрал!
– Не можем… выход. Повторяю… что-то есть… опасны!
Голоса в рации затихли и больше не доносились, мужчина снова оказался полностью один. Федор всматривался в белоснежные дали несколько минут, махнул рукой и пошел в ту сторону, где ему казалось должен был быть снегоход.