***
Запутанная система пещер была бы для Федора последним, что он увидит в своей жизни, если бы не красные полосы на стенах и каменном полу. Будто бы это не следы бойни, которая происходила здесь раз за разом в течение многих лет, от чего полосы въелись в сам камень, а просто указатели, которые теперь ведут еще одного человека, трясущегося от ужаса перед неведомым.
Чем глубже под хребет спускался Федор, тем тише становилось вокруг. Ветер словно боялся спускаться в эти замысловатые коридоры тьмы и ужаса. Мужчина шел, позабыв обо времени и погрузившись в свои мысли. Под курткой иногда начинал гудеть маячок, но тут же затихал. Где-то на периферии зрения Федор заметил, что красный след на полу не ведет его, но ноги будто бы не слушались человека. Он продолжал идти дальше под недра, пока не начал понимать, что он действительно не хозяин своего тела.
Тьма медленно отступила и холодное белое сияние высвободило из тьмы ужасающее создание, от вида которого колени Федора подогнулись, и он рухнул на пол, закричав.
На горе из сотни черепов восседало тело последнего спасателя, исхудавшее и превратившись в один скелет, обтянутый желто-синей кожей. Его руки были согнуты в локтях, одна оказывала двумя пальцами вверх, другая вниз. Его ребра были выдернуты из тела, раскрыты в ужасающей клетке, в которой билось еще живое сердце. Под первой парой рук находилась еще одна, которая лишь напоминала человеческие – вывернутые суставы, которых было больше положенного, множество пальцев заменяли нормальную пятерню, и каждый из этих пародий на конечность был углублен в одну из глазниц множества черепов. Самый низ существа утопал в этой ужасающей горе, скрываясь от взора Федора, который уже визжал до хрипоты от нахлынувшего потока ужаса, отвращения и чувства скорой смерти.
Из-за спины фигуры появились знакомые насекомоподобные лапы, которые обхватили голову человека, поднимая ее вверх, чтобы он мог взглянуть в лик существа, восседающего царственно над испуганным приматом, в которого превратился ученый. Омерзительный багряно-розовый бутон заменял голову пропавшему спасателю. С чавкающим звуком, бутон стал раскрываться, преобразуюсь в подобие морской звезды, место которой в самой глубокой подводной могиле, на которую способна эта планета. Каждый отросток этой звезды был усеян маленькими острыми зубами – выдернутыми клыками из черепов. Посередине же находилось подобие клюва морского обитателя, который раскрылся и внутри него было око, которое вцепилось в Федора. Мужчину затрясло, его сознание утопало в белоснежном мареве, в водовороте событий, которые он увидел. Его затошнило, кажется, что даже вырвало, тело перестало слушаться, лишь сознание куда-то падало, лицезря ужасающие картины глубокого космоса, который переливался неестественными цветами.
Где-то в его глубинах таится планета, о которой люди ничего не знают и лучше бы никогда не узнали. Покрытое вековыми слоями снега и льда, она является утробой для тех созданий, что теперь заменяют голову пропавшего спасателя. Они не похожи на людей: их помыслы неясны никому, кроме них самих. Их действия и поступки можно понять лишившись своего собственного, человеческого разума, либо пройдя по самому краешку безумия, где сейчас и находился человек, позабывший даже свое имя.
Существо, восседающее на черепах, рухнуло сюда давно до появления людей. Оно застало первичный бульон с его множеством множеств существ, видело, как те развивались и превращались в отвратительных для него куски плоти и зачатки разума. Оно пыталось вернуться, но было слишком слабо и зов не мог пробиться так далеко в глубину черной бесконечности. И тогда оно стало экспериментировать с ближайшими организмами. Что-то удавалось, что-то нет, но как бы оно не старалось – все его творения погибали вне воды, и тогда оно решило уснуть. Время, пространство, материя – для него все это инструменты, понятные винтики и гайки во вселенной, так что долгий сон его не страшил.
Миллионы лет пролежало на дне существо со звезд, пока строение этой планеты не начало меняться, и тогда случилось то, о чем оно задумывалось, но не думало – появились новые виды жизни. Вновь цикл слежения, попытки вернуться в космос, зов – ничего. Можно ли сказать, что оно отчаялось? Нельзя. В конце концов, когда эта планета исчезнет, оно сможет вернуться в ту холодную и мрачную пустоту, из которой прибыло.
Тем временем же место, куда рухнуло существо поднялось над водой, обросло камнем, который скрывал его от солнца и даровал успокаивающую тень, напоминающую тьму космоса. К его обители стали подходить первые земные обитатели, но их разум был слаб. Он еле-еле мог подпитать крик существа, чтобы тот мог пробиться сквозь ледяные просторы бесконечного хаоса в небе, но оно продолжало собирать их энергию по крошкам. Поэтому в этой ледяной пустоши почти нет животных – они в ужасе сбежали. Память, передаваемая генами, навечно запечатлело кошмарное существо, обитающее здесь и убивающее все живое ради своей очередной попытки выбраться с этого каменного островка в космосе.
А затем появились они – люди, и их разум был достоин космического пленника планеты. Хоть и не стабильный, но зато какой потенциал в нем крылся. Сначала одинокие случайные путешественники, за ними целые кочевые племена, о которых никто никогда не вспомнит, потому они не расскажут, какой ужас обитает под хребтом. Черепа – доказательство собранной энергии разума, которую скопил звездный заключенный. Люди развивались, становились мудрее, умнее, хитрее. Все это давало больше и больше сил, рвущемуся на свободу существу, а затем даже люди иссякли, начав строить свои города и селения дальше и дальше, вновь оставив озлобленный чужеродный разум в забытой всеми снежной пустоши.
И тогда оно исхитрилось – создало пространство параллельное человеческому. Похожее, очень похожее, небольшое, но все же больше схожее с его планетой, нежели с человеческой, и когда ловушка была создана, существо начало красть в него ценные для людей предметы, заманивая к себе очередные порции разума, становясь все сильнее и сильнее. Конечно, случайные жертвы в виде тех спасателей случались, но кто теперь отыщет первых пропавших бедолаг под километрами снега в карманном измерении существа из космоса? Теперь его крик мог пробиться все дальше и дальше, чтобы сородичи могли помочь обессиленному пленнику, который только и мог, что звать их. Оставалось совсем немного, совсем чуть-чуть, и Федор с его маячком были одними из завершающих кусочков большого паззла, который поможет вернуться домой.
Вынырнув из чужого разума, Федор упал на пол. Его бил жар и озноб одновременно, тошнило, голова раскалывалась. Теперь понятно, куда исчезали все коренные жители и первые попытки ЦАпЛИ обустроить здесь научные базы. Там, в другом месте, была не его база – это был один из проектов организации, который пропал. Сотрудники знали, что в этой локации уже проводились попытки исследовать местность, но все увенчалось провалом. Старожилы считали это байкой, чтобы напугать молодняк – россказни о пропавшей базе. Как оказалось, правда была куда страшнее. Федор зарыдал, он не знал, что теперь делать. Вроде как он больше и не в карманном измерении, но попытайся вернуться обратно к людям – вновь окажется там. Что этому существу нужно от него? Очередной череп в его гору черепов? Или ему просто стало скучно, и он решил поразвлечься с примитивным разумом обезьяны на двух ногах?
Из под куртки выпал маяк, мерцая зеленым – работает. Что-то коснулось головы мужчины. Множество острых зубов впилось в лицо, доставляя мучительную боль. Федор забился на полу, пытаясь стряхнуть существо. Он не заметил, как исчезло тело спасателя, и космический пленник вместе с ним. Отвратительный булькающий голос в голове выдал одну единственную фразу, от которой Федор лишился чувств: «Ты – мой маяк».