– Власть, разумеется, – он глубоко вздохнул. – Я и представить не мог, что кто-то готов на всё ради того, что меня всегда тяготило.
Элли вновь прислонила ухо к его груди. Ей нравилось ощущать сильные толчки сердца.
– Как мало мы знаем других людей! Даже если они нам родня! А что Изабел? Она в порядке?
Бальтазар улыбнулся.
– Я не взял старину Оливера во Фростфорт только потому, что его жена беременна. Захария рвётся в няньки, вырастил ведь не одно поколение.
Элиз отвернулась. Подошла к окну. По движению руки он понял, что она смахнула слёзы.
– Ты расстроилась, Элли? Мне сдавалось, эта новость тебя порадует…
– Я счастлива за неё, это правда. С тех пор как Оливер выпросил Изи у тебя, ни минуты не сомневалась, что с ней всё будет хорошо.
– Почему тогда плачешь? Или… – он сжал кулаки, и на свежей повязке выступила кровь. – С тобой случилось что-то, о чём мне следует знать?
Она повернулась к нему со слабой улыбкой. Глаза её по-прежнему блестели.
– Нет, ничего такого, то есть… в лесу, конечно, было жутко, я даже испугалась, что умру, но мне повезло наткнуться на земляков, они забрали меня в Нордию. Там я поняла, что не хочу в Криот. Ничего ведь не осталось, кроме тягостных воспоминаний. Когда Адалин столкнулась со мной в Насте, вид у неё был такой, будто перед ней привидение! Вообще-то с её точки зрения так оно и было. Можно сказать, она-то и посадила нас на тот корабль. По первости здорово мне помогла, приютила. Недаром я когда-то кинула в фонтан медяк.
Элли махнула на окно, словно брошенная монетка всё ещё была где-то там, и добавила:
– Теперь учусь обходиться без помощи. Скоро придётся заботиться не только о себе.
Её ладонь легла на живот.
– Элли… – Бальтазар дышал, широко раскрыв рот, как рыба вне своей стихии.
– Я ничего не прошу. Можешь навещать нас, когда захочешь.
Бальтазар подошёл к ней со спины, сдавил подрагивающие плечи.
– Мы больше не разлучимся. Не теперь.
Он развернул её к себе, нащупал кулачок, раскрыл его и вложил в ладонь шарик.
– Когда в лесу мы не обнаружили ни тебя, ни твоего… тела, я едва не сошёл с ума. Меня поддерживала вера в то, что ты жива. Ну, ещё, пожалуй, сердобольный Оливер.
Рука Элли взметнулась, кулон ухнул вниз, но повис на цепочке, обмотанной вокруг указательного пальца. Сияние фригонского хрусталя окрасило её радужки в голубой цвет. Она покачала головой, расправила звенья и надела украшение Бальтазару на шею.
– Возьми на память. Я, возможно, лишилась рассудка, но мне мало любви, хочу тебя целиком – вместе с верностью. Не смогу делить тебя с другой, не смогу! Но не переживай, в остальном у меня есть всё, что нужно. Ты не виноват, это я закрутилась, забыла о последствиях… Хотя чего уж греха таить? Первый испуг прошёл, и я рада…
Бальтазар наклонился и приблизил своё лицо к её лицу, не без удовольствия отметил, как затрепетали тонкие ноздри.
– Если ты о Патриции, с ней я давно расстался.
– Всё равно не женишься на мне. Ладно бы я была синеглазой с внушительной родословной, но ты ведь сам сказал: «Невзрачная серая мышь».
Элли попыталась отстраниться, но Бальтазар не пустил.
– Обиделась? – спросил со смехом. – Зато позже ты не показалась мне такой уж неинтересной… А если серьёзно, я всю жизнь делал то, чего от меня ждали, и к чему это привело? Нет, отныне будет так, как мне хочется, а мне хочется…
Элли поспешно накрыла его рот ладонью. Тревога ещё не отпустила её.
– А король?
– М-м-м… Фредерика ждут проблемы посущественнее. Кажется, его старший сын нашёл себе партию, даже более неподходящую, чем моя Мышка.
– Может ли это быть? – наконец она развеселилась.
– Расскажу на корабле.
– Сегодня? Но уже вечереет!
– Нам не нужно Око, в Лайт-Тауэре всегда светло. Мы поплывём к нашему маяку, и никакая тьма не помешает отыскать дорогу.
– Такие красивые слова. После них я не смею тебе отказать. Мне понадобится время, чтобы уложить вещи.
– Давай.
– Тогда… что ты делаешь?.. – дыхание Элли сбилось.
– Мешаю тебе собираться.
Элли прикрыла глаза – сдалась в плен его прикосновений. Они назовут сына Даниэлем, и это станет самым щедрым приданым, самым ценным даром после её безусловной любви, который она преподнесёт ему.
5 сентября 2025 г.