– Он не выйдет, придется его искать… – пробормотал я, тяжело поднялся, подошел к неподвижному очкарику.
Остановился, взглянул на пистолет, наклонился к нему, собираясь поднять, но передумал. Мало держать в руке оружие, надо уметь ним пользоваться, а с пистолетами, увы, я дела не имел. К тому же огнестрельное оружие это грохот выстрела, лучше уж бесшумные стрелы. Они тише, они надежнее, да и опыт, кажется, у меня имеется…
Несколько минут я стоял на месте, раздираемый сомнениями, но взять оружие так и не решился. Кое-как убедил себя в том, что решение правильное, оттолкнул пистолет подальше от тела. Тут-таки осознал всю бессмысленность своего поступка, неужели я действительно допускаю мысль, что мертвый очкарик сможет ним воспользоваться! Нонсенс!
Отмахнулся от нелепых мыслей, взялся за поиски того, кто решил устроить охоту на мирных обитателей затерянного берега. Прежде всего, осмотрел спальню. Приблизился к кровати, непроизвольно взглянул на Надю. Удручающее зрелище! Видеть мертвые глаза того, кто недавно был человеком и не просто человеком, а близким тебе человеком – страшное испытание.
Долго я стоял, все не мог заставить себя отвести взгляд, но вот решился, пересилил себя, набросил на тело простыню. Легче не стало просто видение, затуманивающее разум, чуточку померкло.
Обыск спальни мало что дал. Я заглянул в шкаф, зачем-то выдвинул все ящики комода. Тщательно изучил оконную раму, убедился в том, что снаружи ее не открыть. Заглянул под кровать и сразу же обнаружил следы пребывания человека! На пыли, от которой никуда не скрыться, виднелись четкие отпечатки. Ладонь, рядом еще одна. Чуть в стороне круглый оттиск, наверняка, колено, еще дальше продолговатый – ступня. Красноречивый рисунок, особенно если добавить еще один широкий штрих – посредине полоса идеальной чистоты. Вопросов нет – здесь кто-то лежал и совсем недавно, но кто? Убийца из тумана? Очкарик Юлий?
– А ведь Юлик должен был хоть что-то видеть! Вот поговори я с ним, это было бы дело. А так… – оставалось только пожать плечами. Нет, все понятно, именно из-за этого парня и убили. – Он слишком много видел…
Ситуация понятнее не становилась. Загадка так и осталась загадкой. Что же это получается? Имеется комната, из которой нет выхода. В этой самой комнате двое. Один из них убит. Вывод напрашивается сам собой – тот, кто остался жив, тот и есть убийца. Все логично, но возникает другой вопрос – кто убил убийцу?
Обход остальных комнат также ничего не дал. Дом был пуст. Ни соседей-туристов, ни хоть какой-нибудь подсказки, которая бы могла приоткрыть завесу тайны. Словом, имеется загадка, решение которой сделало бы честь любому толковому детективу. Кто убил!? Где он? А еще, зачем…
Покончив с осмотром пустых комнат, я вышел из дома, немного прошелся по окрестностям. Обошел вокруг здания. Осмотрел окна снаружи, убедился в исключительной их надежности, обследовал снег у стен. Ничего, снежный покров нетронут. Можно было смело сделать вывод – детектив из меня никудышный. Но с другой стороны, может, я и не виноват, может убийца настоящий профессионал, может, тот, кто от меня ускользает, по-настоящему хорошо знает свое ремесло?
Вдоволь побродив в окрестностях домика и не найдя ничего сколько-нибудь стоящего, я вернулся в комнату хранящую следы вечеринок. Подошел к стеклянному шкафу, превращенному туристами в бар. Выбрал самую красивую бутылку, в ней оказался коньяк. Налил в высокий стакан, залпом выпил. Налил еще. Вытащил на средину помещения любимое кресло Валеры, его осовремененный трон. Развернул сиденье с таким расчетом, чтобы видеть входную дверь, сел, положил на колени оружие, снова приложился к стакану.
– Ну, ничего, подожду. Уверен, он вернется. Преступники всегда возвращаются на место преступления, это прописная истина. К тому же он наверняка захочет разделаться со мной, правда, это может произойти нескоро. Ну и ладно, я точно никуда не спешу…
Коньяк быстро усыпил измученный организм. Я забылся беспокойным сном, вздрагивая при малейшем шорохе. Кажется, даже снилось что-то, нечеткое, неяркое, будто покрытое вездесущим туманом.
Скрипнувшая дверь тут-таки прогнала обрывки сновидений. Я вздрогнул, одновременно вскидывая свое бесшумное оружие. Как раз вовремя. В дверном проеме промелькнула тень. Не раздумывая, я нажал на спуск. Совершенно беззвучно острая стрела улетела вперед. Послышался сдавленный крик. Шум паденья. Ругань.
– Попал! – шепотом закричал я.
Нахлынула волна охотничьего азарта, чуть не сбив с ног. Примерно такое чувство должно быть у охотника, подстрелившего дичь, которую он преследовал не один час. И вовсе неважно, под водой он ее выслеживал, или средь лесной чащи. Охота она всегда охота. Я знаю, что говорю, скорее всего….