Дунгар попрощался со своими спутниками и, отдав Кристису сундучок, удалился.
— Держите, господин Альберт, это ключ от вашей комнаты, — сказал доктор Кристис, протягивая Альберту потускневший от времени железный ключ, на котором болталась маленькая костяная табличка с нарисованной на ней цифрой "7". Альберт взглянул на приоткрытую дверь с вырезанной посередине её "семёркой" и вошёл внутрь комнаты.
Комната оказалась очень тесной. Свет из коридора падал прямо на стол, который стоял перед плотно зашторенным окном. На столе одиноко торчала потушенная свеча, которую Валтар в спешке забыл зажечь. Альберт чиркнул зажигалкой и поднёс её огонек к фитилю свечи. Свеча быстро разгорелась, осветив, насколько это было возможно, пространство комнаты.
Стол, кровать, и пустующая вешалка при входе — вот и всё, что было в этой каморке. "Если это — лучшая комната, — с досадой подумал Альберт, — то каковы же тогда худшие?".
— О, вы уже зажгли свечу? — промолвил появившийся в дверях доктор Кристис. — А я куда-то подевал своё огниво, ума не приложу! Потом вспомнил, что у вас есть эта..., как её..., зажигалка!
Альберт зажёг свечу Кристиса и спросил:
— Вам досталась такая же комната, господин Кристис?
— Они здесь все одинаковые. Валтар сделал комнаты такими маленькими из-за жажды к деньгам. Ведь чем комната меньше в размерах, тем больше таких комнат можно разместить в доме, не так ли? — иронизируя, ухмыльнулся доктор. — Что ж, по крайней мере, нам не придётся спать под открытым небом. Спокойной ночи, господин Альберт! Обязательно разбудите меня, когда Эльве надо будет сделать укол.
Альберт, пообещав ему сделать это и пожелав "спокойной ночи", вошёл в свою каморку и немедленно запер дверь на ключ. Подойдя к кровати, он недовольно посмотрел на неё.
"Да-а, постельное бельё здесь не в моде", — подумал Альберт, разглядывая голый матрац серого цвета и маленькую подушку, сиротливо лежащую на нём.
"Настала пора осуществить задуманное, — решил Альберт и вытащил из внутреннего кармана фляжку с "Градиентом-Z". — У меня сейчас есть великолепная возможность проверить, можно ли прямо отсюда вернуться домой? Я научил Кристиса делать уколы и на первое время лекарства девочке хватит. Она чрезвычайно вынослива и, надеюсь, что если я не вернусь обратно в Мазергалу, она всё же выкарабкается".
Успокоив себя таким образом, Альберт проверил, крепко ли заперта дверь, встал в середине комнаты и, откупорив пробку фляжки, обхватил губами её холодное горлышко и, зажмурившись, сделал небольшой глоток.
Глава 17
Яркий свет с оттенком мертвенной синевы падал сверху, очерчивая вокруг Альберта неровную окружность, за границами которой лежала холодная зимняя ночь.
"Господи, куда же меня занесло на этот раз?!", — судорожно сглотнув, подумал Альберт.
Из морозного мрака дул сильный колючий ветер, вздымавший тучи снежинок, которые, кружась в бешеном танце, вспыхивали алмазными искрами в фантасмагорическом свете и тут же уносились в темноту, гонимые ночной вьюгой.
Альберт поднял голову и облегчённо выдохнул. Он стоял под обыкновенным фонарным столбом, которые в его родном городке N были все похожи друг на друга, как две капли воды, а леденящий душу свет источала "пузатая", до боли знакомая, неоновая лампа.
Ноги Альберта утопали по щиколотку в пушистом свежевыпавшем снегу. Внимательно всмотревшись в темноту, он заметил, что со всех сторон его окружают силуэты больших грузовиков с потушенными фарами.
Альберт собрался было сделать шаг для того, чтобы выйти из освещённого круга и подойти поближе к машинам, когда приметил справа от себя, метрах в ста, очертания толстой высокой трубы, окаймлённой в нескольких местах красными огоньками.
Смутное подозрение закралось в душу Альберта. Эту трубу он уже когда-то видел. "Эх, если бы сейчас было светло"! — с досадой подумал он, безуспешно роясь в своей памяти.
— Эй! Ты чо здесь делаешь?! — раздался голос из темноты, а затем в круге света появился высокий человек в камуфляжной форме. В руке он сжимал резиновую дубинку и угрожающе ею помахивал. — А ну, иди сюда!
— Где я? — не растерявшись, спросил Альберт, поднося фляжку ближе и ближе ко рту.
— Нажрутся всякого дерьма, а потом кружат тут! — прорычал "камуфляж". — Это кирпичный завод, алкаш ты хренов! А до города — десять километров, и ты у меня щас мигом протрезвеешь и домой побежишь на полусогнутых! — прокричал охранник и двинулся прямо на Альберта, отведя свою чёрную дубинку для удара.
Альберт, не желая продолжать столь "приятный" разговор, сделал быстрый глоток из фляжки...
***
Он вновь очутился в Мазергале, в таверне "Рыбья голова", в тесной маленькой каморке и лишь снежинки, которые успели облепить его одежду во время "короткой прогулки" теперь быстро таяли, превращаясь в мелкие холодные капельки воды.
"Вот козёл! — подумал Альберт. — Не разобравшись, что к чему — сразу с дубинкой! Пёс дворовый!".
Он положил фляжку в карман, повесил куртку и шапку на крюк вешалки, снял ботинки и, завалившись на кровать, "окунулся" в раздумья.
"Прежде всего, мне, конечно, очень повезло, — размышлял Альберт, прикуривая сигарету от свечки. — После того, как этот тип заикнулся о кирпичном заводе, всё сразу и встало на свои места. Смесь Забредягина работает! Да ещё как работает! Значит так. Кирпичный завод находится в десяти километрах от городка N, и от того места, где я впервые появился в этой Мазергале, до Бруксы тоже примерно десять километров. Следовательно, если я доберусь до моей кучи камней на берегу моря и там выпью "Градиент-Z", я окажусь не где-нибудь, а в своей N-ской квартире!".
Придя к такому выводу, Альберт успокоился и, потягиваясь, закрыл глаза, собираясь немного поспать. Однако, несмотря на усталость, заснуть он так и не смог. Его одолевали противоречивые чувства. С одной стороны Альберт ощущал себя человеком, обретшим неподвластную другим людям возможность пребывания в любом из двух миров, а с другой стороны он понимал, что "Градиент-Z" когда-нибудь закончится и ему придётся опять вести скучную жизнь в городке N, вновь ходить на работу, вновь разговаривать с людьми, которые понятия не имеют, что есть где-то такая необыкновенная, пусть и дикая страна — Мазергала.
Потом он подумал о Забредягине, подумал, что может нужно расспросить местных жителей о том, не появлялся ли в этих краях ещё один странный чужеземец, но тут же "отбросил" эту мысль, решив, что с такими вопросами следует повременить, потому, как Забредягин переместился всего два дня назад и, вполне возможно, что о нём здесь ещё никто ничего не знает. Альберт решил, что отныне стоит прислушиваться ко всем разговорам мазергалийцев, пусть даже эти разговоры, на первый взгляд и не будут иметь никакого отношения к Забредягину.
Время летело быстро. Посмотрев на часы, Альберт с удивлением понял, что пора вновь идти к Эльве. Теперь Альберт чувствовал себя уверенно, зная, что в любой момент он может вернуться в Россию. Однако он решил, что окончательно покинет Мазергалу лишь тогда, когда будет абсолютно уверен в том, что Эльва больше не нуждается в его помощи. Он встал, оделся, захватил с собой аптечку (свою сумку Альберт решил пока оставить в таверне) и, выйдя в коридор, громко постучал в дверь соседней комнаты с номером "восемь".
— Кто там? — раздался изнутри недовольный скрипучий голос.
— Это я — Альберт! Пора вставать, господин Кристис! Нам надо идти к Дунгару! Или вы забыли?
— Ух, как крепко я заснул, — сказал Кристис, открывая дверь. — Конечно, конечно, сейчас я накину плащ и пойдём.
Проходя по коридору, они услышали громогласный храп, доносящийся из-за двери одной из комнат. Так мог храпеть человек, уставший после трудного дня или изрядно подвыпивший. Альберт, проходя мимо этой двери, слегка стукнул в неё кулаком. Храп прекратился.