- Аня, я сейчас уйду, ты же обещаешь, что не будешь переживать по этому поводу? Мы ведь обо всем договорились?
- Угу, – почему-то спазм снова сдавливает горло.
- Не переживай, правда. Все будет хорошо у тебя, обязательно.
Он встаёт, подходит ко мне со спины и обнимает, целует куда-то в макушку и уходит.
И хотя я обещала, что буду держаться, слёзы начинают литься, едва за ним закрывается дверь. Я в него не влюбилась, и слёзы явно не по этому поводу. Мне просто так обидно, что в очередной раз моя странная натура оказалась неспособной на такие чувства.
Глава 14
Аня
На работу ужасно не хочется, но причин отпрашиваться нет. Андреевич, заметив мое не самое лучшее состояние, освобождает от тренировки, оставляя меня на рабочем месте. Бухгалтерия требует провести ревизию медикаментов, составить список необходимого к закупке и утвердить с ними. Вот этим и поручает заниматься мой шеф, когда сам уезжает на тренировку.
Монотонная и требующая внимания задача успокаивает, и к возвращению команды я уже кладу на стол Андреевича готовые документы. Не успев дать мне новых поручений, он с этими бумагами убегает к руководству – подписывать.
А через минуту в кабинет без стука заходит Шумский.
- О, привет, – он так удивляется, как будто не думал, что я буду здесь. – А где твой босс?
- Пошёл к большому боссу. А что ты хотел?
- Мне сказали зайти и автограф черкануть в каком-то документе.
- Андреевич меня не предупреждал, так что подожди его, – говорю ему и наблюдаю, как он усаживается на стул возле стола главврача. – За дверью подожди, Шумский.
- Боишься, что я тебя съем? – даже бровью не ведёт, зараза.
- Ладно, сиди.
- Ты так быстро сдалась, странно.
Тут же обратно поднимается и подходит ближе ко мне. А я не знаю, чем заняться. У меня на столе нет такого количества бумаг, чтобы я без остановки их перебирала.
- Что с лицом? – неожиданно спрашивает Рома.
- А что с лицом? Слишком страшное для тебя?
Игнорирует это нелепое замечание.
- Ань, ты плакала?
- Нет.
- Ань.
- Тебя это не касается.
- Он тебя обидел? – такой простой вопрос, но все предельно понятно.
- Нет.
- Что-то случилось?
- Все нормально.
- Тогда почему ты плакала? Это же из-за него, правда? Что он сделал?
- Вот что ты сейчас защитника из себя строишь? И что ты хочешь услышать? Что у меня ничего не получается с Королевым? Хорошо, я скажу: ничего не получается!
- Ты из-за этого расстроилась? А я сразу говорил, что он тебе не подходит.
- А есть что-то новое в репертуаре? Это я уже слышала, ещё когда с Левой была.
- Я же не виноват, что ты таких парней выбираешь, – пожимает плечами и даже слегка улыбается.
- Шум, пойми уже одно: для тебя интрижка на несколько дней – норма, а для меня нет! Поэтому я переживаю! А кто подходит, я сама буду решать!
- Нарешала уже, – упивается своей правотой.
- Что. Тебе. От меня. Надо? – чеканю слова сквозь зубы. – Я после тебя два года жила в тотальном пиздеце, не могла ни с каким парнем даже в кровать лечь. Ты это понимаешь?
- Что? – и тут его уже пробивает. Уверена, услышать такое он не ожидал. – Ты что… после меня ни с кем? Вообще? За два года нахрен?
- Не обольщайся, последним был не ты. Но вообще да. Эти два года я была монашкой.
Рома обходит стол и надвигается на меня. Он уже не так спокоен, как в тот момент, когда вошёл в медкабинет. Зрачки расширены, дыхание учащенное, пора бы и диагноз ставить.
- Ты сейчас серьезно говорила?
- А что, шутки шучу? Я не говорю, Ром, что во всем виноват ты, но тогда мне было очень плохо. И сейчас я советую просто не приближаться ко мне, чтобы даже самой малюсенькой мысли обо мне у тебя не возникало.
- А если уже возникло? – он хватает мое запястье, вынуждая поднять голову и смотреть прямо ему в глаза – отвернуться некуда. Как только его пальцы смыкаются на коже, внутри меня происходит знакомое короткое замыкание. От него, мать твою, только от него так бывает.
- Затолкай куда-нибудь подальше.