Мы встретились взглядом с Жанной, и я увидела в её глазах то же самое возмущение, но с этим она ничего не могла сделать. Только перетерпеть и продолжить свой рассказ.
Крепкий, упитанный усатый мужчина, ржал над нами, словно сидел в компании со своими друзьями и рассказывал о двух дурах, которые ходили по офису, как два клоуна, и делали всё, что им велят, на потеху барину.
Успокоившись, Василий Михайлович в очередной раз вытер глаза, глубоко вдохнул, надув щеки, и выдохнул, что означало возвращение к нашей беседе.
— Жанна, я тебя прошу, не смотри на меня таким взглядом. Но я должен был это сделать, хоть и предсказывал такой результат.
— Издеваетесь, да? — спокойным голосом сказала она.
— Нет. Ни капельки. Издеваешься над собой только ты сама. А мы здесь вынуждены периодически это наблюдать. — Он строго посмотрел он ей в глаза, его настроение вмиг изменилось. — Когда ты научишься общаться с людьми? А если тебе попадется вредный клиент, которого не будет интересовать твоя красивая внешность и твоя обаятельная улыбка? Ему нужно только одно: содрать с тебя деньги или выбить максимальную скидку. А если это инспектор от Министерства строительства? А если твой «друг» Кашапов завтра уйдет в инспекцию, будет приезжать к нам с проверкой и требовать, чтобы именно ты перед ним выплясывала на задних лапках?! — начал он заводиться.
— Я поняла, — грустно ответила моя подруга, которую на моих глазах жестоко проучил начальник.
— Нужно к каждому человеку уметь найти подход, иначе ты не сможешь в нужный момент вытащить ситуацию со дна. И все из-за своей принципиальности.
— Я поняла, — продолжала кивать Жанна.
Мне только оставалось молча сидеть и наблюдать над неприятным воспитательным моментом; лицо моей подруги было такое же красное, как и лиф. Но такое искреннее человеческое общение меня сильно удивило. Он говорил ей очевидные вещи, словно собственному ребенку, который в очередной раз нашкодничал и пытался спрятать глаза от строгого взгляда взрослого, рассматривая узоры на полу.
Поколодин обратил строгий взгляд на меня и стал рассматривать, как будто первый раз видел. Мне стало немного не по себе. Я медленно выпрямилась, так как до этого, окунувшись в их перепалку и потеряв над собой контроль, несколько ссутулилась. Посмотрела на него и стала ждать его решения.
Он взял телефонную трубку, набрал номер и стал ждать ответа.
— Поколодин, —представился он. — Маргарита Семеновна, к вам сейчас придет девушка, Миронова Полина.
На этот раз отчество он то ли забыл, то ли специально не стал называть, но это было мне уже не важно, потому что я поняла, что он разговаривает с отделом кадров и рабочее место уже у меня в кармане. Осталось дослушать и пойти оформляться.
— Она у нас устраивается на декретную должность. Оформите, пожалуйста, — договорил он, немного послушал ответ кадровички и положил трубку.
— Спасибо! — сказала я, невольно улыбаясь.
— Не за что, — ответил теперь уже мой начальник и посмотрел на Жанну, которая сидела обиженно, что выдавало ее молчание и нахмуренное лицо. — А теперь самое сложное.
Поколодин снова взял телефонную трубку в руку и нажал на одну кнопку.
— Зайди. — Он тут же бросил трубку обратно и начал что-то рассматривать в мониторе.
Через несколько секунд дверь открылась, и зашел Дмитрий.
— Берешь себе девушку? — спросил Василий Михайлович, не предлагая ему присесть и безо всяких вступлений.
— Конечно, — ответил Кашапов, ни на секунду не задумываясь. — Жалко, что нет нормального места, только временное.
— Ну, ничего. Пусть покажет себя сначала, а там уже что-нибудь придумаем, — ответил начальник, посмотрев на своего заместителя, от мнения которого ничего не зависело.
Смотря на весь этот спектакль, я поняла одно: в этой компании были проблемы, причем основанные на личных обидах между Жанной и Дмитрием, о которых, скорее всего, знали все, не исключая самого Поколодина. И я теперь буду между ними разменной монетой.
Василий Михайлович вызвал своего заместителя только лишь для того, чтобы показать мне, а также своим работникам, кто здесь хозяин, так как уже несколько минут назад отдал команду меня трудоустраивать. Но надеюсь, что их отношения не сильно будут меня касаться.