— Когда рожать?
— Не сказали пока. По моим подсчётам в конце февраля.
— Вот это переворот. Катька. Ну чего блин! Я рада за тебя!
Она приобняла меня. И я улыбнулась.
— А учёба как, Кать?
— А что учёба. Пока могу, буду ходить учиться, а там видно будет. Академ возьму скорее всего. С мелким на учёбу ходить не вариант.
— Капец конечно. Ну ты мать даёшь. А Орлов то в курсе? Говорила ему, писала? Он поэтому вчера приезжал?
— С ума сошла?! Нет, не поэтому. Приезжал извиниться. Я ничего ему не сказала. И не собираюсь сообщать. Не хочу, чтобы он знал и тебя Вик, как настоящую подругу прошу, не говори ему ничего. И никому вообще. Не знаешь и всё.
— А мне зачем говорить? Я с ним не сильно общаюсь. А что остальным скажем? Девчонкам?
— Легенда будет такая, если что. Был парень условно Вася Петров, встречалась с ним целое лето, залетела. Он слился. Всё! Точка. Никакого Глеба Орлова в этой истории быть не должно. Мы предохранялись. Поэтому он буде твёрдо уверен, что это не его ребёнок, когда узнаёт.
— Да ясно, ясно. Я никому не скажу, клянусь! Незачем ему знать. Пошёл он к чёрту. Вася так Вася. А ты мальчика или девочку хочешь?
— Честно, мне без разницы. Лишь бы здоровый был. Скоро УЗИ, сказали там можно пол уже узнать, если получится.
— Блин, Катюха, рада за тебя. Всё таки круто. Я помогу, я буду самой лучшей нянькой. Не переживай, всё будет в шоколаде, — заверила подруга.
Но…
По факту оказывается не всё так круто. А просто ужасно.
Через две недели меня кладут на сохранение с сильными болями и кровотечением. Я не успеваю сходить на УЗИ и не успеваю узнать пол ребёнка. Впрочем мне уже это совсем неважно. Всё о чем могу думать, так это, как сохранить беременность и ребёнка.
Мне ставят диагноз отслоение плаценты и неутешительный приговор — лежать всю беременность.
Выписывают меня только через два месяца как раз в разгаре первого семестра. Первым делом я еду в университет и в связи со здоровьем беру Академ отпуск. Пока на один год, а там посмотрим.
Дома постоянно лежу, хожу только до туалета и помыться. Самочувствие кошмарное.
Через две недели пребывания дома меня снова кладут в больницу. И я понимаю, что больница теперь мой второй дом.
В палате я лежу с одной девушкой, у которой тоже проблемы с вынашиванием ребенка. Мы утешаем друг друга и надеемся на лучшее.
А ещё я много думаю, гоняю мрачные мысли в голове. Ненавижу Глеба. И понимаю, что до сих пор люблю этого мажора. И понимаю, что просто не вынесу если потеряю нашего малыша. Пусть Глеб меня не любит, зато у меня останется его сын или дочь. Останется ведь?
Я общаюсь с Викой. Прошу её не упоминать Глеба, но она ненароком всё равно болтает про него.
Говорит что вроде как нашёл какую-то постоянную девушку. Что часто видит его с ней. Ну и пошёл он! Пусть живёт счастливо!
Про меня, конечно все узнали. Какая была реакция я не знаю. Вика говорит, все были в шоке.
Помню когда все узнали, на меня со всех мессенджеров посыпались расспросы от девчонок. Из парней никто не писал, ну и слава богу. Меньше всего мне хочется перед кем-то оправдываться, но приходится. Девчонкам рассказываю всё то о чем договорились с Викой.
Был парень — Вася, переспали, залетела, точка.
Стараюсь забыть всё плохое, стараюсь простить Глеба. Каждый божий день молюсь, чтобы с ребеночком всё было хорошо.
А большего мне и не надо.
Глава 16
Спустя 3 года
Глеб
Утро. Понедельник. Впереди три пары лекций.
Завтра тоже будут пары, но мы с пацанами не пойдём. У меня областной чемпионат по футболу. И они со мной решили прогулять.
— Ну так че там с билетами, я не понял? — спрашивает Ванька.
— Нет билетов. Распродали всё. Раньше надо было решать. Я же вначале неделе спрашивал. Подойдёте на проходную, скажете через меня на матч пришли посмотреть. Вас пропустят без проблем. Только без бухла давайте. На стадионе нельзя, строго следят за этим. Потом отметим, после игры.
— Так уверен в своей победе?
— Нет, не уверен. У нас Кирюха на больничном, не сможет играть, а он один из лучших полузащитников. Без него у «Витязей» сложно будет выиграть. Ладно, посмотрим что да как. По факту.
Мы курим около крыльца. Через пять минут начнётся первая лекция. Но на улице так хорошо, по летнему тепло, что идти в душное здание желания ноль.
— О, пацаны, гляньте не Архипова ли там идёт? Совсем не изменилась. Такая же, — гыкнул Андрюха радостно. — Верняк она.