Крышу антиквару подпортило конкретно, потому что "я", оказывается, "многое забыл"!!!
"Забыл", что половина лавки принадлежит мне - ведь это "я" дал денег на ее покупку, а случайно доставшуюся от прежнего владельца вывеску "ЩирбатовЪ" мы нарочно решили оставить в память о третьем, сгинувшем на каторге кореше. От немедленной инвентаризации удалось отбиться, но бухгалтерские книги за этот и предыдущий годы под чутким надзором дяди Жоры пришлось пролистать, с умным видом кивая на его комментарии.
"Забыл", как прибыль от нее складывал на левые счета "на всякий случай". Даже смиренно приняв свою ссылку и опалу, "я" не исключал, что кто-нибудь когда-нибудь за мной придет.
"Забыл", как хоронили исхудавшее тело удавившегося Гвоздя - самый старший из "нашей" компании последние полгода жизни мучился невыносимыми болями и специально заехал к друзьям детства попрощаться перед самоубийством.
"Забыл", как три дня по-черному пили за упокой "моей" жены. Как потом изредка из Николаевска совершал тайные вылазки в Казань, с трудом отделываясь от своих надзирателей. На этой новости я криво усмехнулся - я-то думал, они по мою душу! Хотя... Коняеву все равно вечная память, Рафаэль Николая вряд ли пожалел.
"Забыл", как тайно выполнял передаваемые через Креста заказы "уважаемых людей".
Я, блин, до хера забыл, ёпта!!! (извините, просто нет цензурных слов!).
И еще я "забыл", как тогда, чуть больше восемнадцати лет назад, в шутку, воплотил расчеты жены в украшение. Медальон, так долго болтавшийся на моей шее, оказался артефактом, тонкая снимаемая (никогда бы ни подумал!) перегородка скрывала целые ряды рун.
- Отмычка! - гордо, словно сам являлся автором изделия, хотя отчасти так и было, произнес дядя Жора, - Работает только в твоих руках!
- И как? - цепочка рун была уложена в объемную спираль, чтобы добраться до основных, требовалось сломать весь запаянный в эпоксидку блок, чего мне не хотелось. Сомневаюсь, что ничего не поврежу в процессе.
- Кефаль, ты меня устал уже, у кого спрашиваешь? - окончательно признав меня своим другом юности, Крест все чаще переходил на одесский жаргон, - Имею мнение, шо щаз узнаем! Работайте, юноша, дерзайте, это ваш профиль!
После всех вываленных за день подробностей, возможность переключиться на знакомую и понятную деятельность обрадовала. Здесь, по крайней мере, все было закономерно, и мир с ног на голову не прыгал. Что я знал об отцовских "шуточках"? Попробовал проверенный путь - порезал палец и капнул на показавшееся подходящим место кровью. Сигнальная руна, которую часто специально для наглядности вшивали в конструкт, не подвела, задорно подмигнув синим огоньком. А на другом уровне восприятия я заметил, как амулет "проснулся", слегка зафонив в пространстве.
- Ключ! - вожделеющее зашептал дядя Жора, - Дай мне!
Вот я бы остерегался так смело брать в руки неизвестный работающий артефакт, но старик оказался настойчивым, почти вырвав медальон из-под моих ладоней. Хотя элементарную технику безопасности он все же соблюдал, удерживая украшение за цепочку.
- Где же ты, где же?.. - судорожно забормотал он, роясь в своих залежах.
- Дядя Жора! - воззвал я к его здравому смыслу, - Давай сначала на кошках проверим!
Антиквар меня не послушал, приложив медальон к извлеченному из обычной черной неподписанной коробочки кольцу. Я мог его остановить, но мне самому любопытно было увидеть результат. "Спящее" кольцо никак не отреагировало на его действия, или, как вариант, отреагировало без видимых эффектов. Так и не внявший предупреждениям старик судорожно нацепил новый артефакт на собственный палец, сняв и отбросив носимое до этого.
Кольцо активировалось. Затаив дыхание, мы оба отслеживали изменения: он - собственные ощущения, а я - процесс. Когда речь идет о мелких объектах, даже имея магическое зрение, крайне трудно разобрать, что происходит. Но шло время, а ничего не происходило. Точнее, было заметно, что кольцо что-то делало с хозяином, к артефакту потянулись нити из различных потоков, но конструкты выходили настолько мелкими и так быстро переключались, что уловить итог не получалось. Хотя нет, вскоре результат стало можно наблюдать воочию, Георгий Иннокентьевич на глазах менялся, наливаясь заемной силой: выпрямился, став выше ростом, с сумасшедшим восторгом расправил плечи и похрустел спиной. Стало безумно интересно, что же за кольцо нацепил на себя старик? Забытый за переживаниями медальон выпал со звоном из дрожащих пальцев дяди Жоры.
Поднял мамино наследство с пола, успев пожалеть о собственном незнании такой полезной функции: стоило ли корячиться и взламывать привязки, если мог то же самое проделать без усилий, пожертвовав лишь каплей крови? И едва не пропустил миг, когда напяливший новое колечко антиквар согнулся в приступе, спровоцированном чужой защитой. Отмычка не ключ, она лишь на время обманывала привязку. Большинство защит с определенным создателем интервалом запрашивало некий список параметров, на который было завязано. Получив подделанные медальоном данные в первый раз, артефакт успокоился, но новый запрос их не подтвердил. Лучше бы старик попросил меня взломать!
"Отрицание", срывание мерзкой вещицы, поиски врача... Спешно приведенному медику удалось откачать дядю Жору, но возраст! И так не блещущий здоровьем дедок слег полупарализованным.
- Это надолго? - спросил я у прибирающего в чемоданчик инструменты и лекарства доктора.
- Два-три месяца, максимум - четыре, - равнодушно ответил приглашенный на дом или, если начистоту, буквально притащенный за шкирку врач, кабинет которого первым попался мне на глаза при забеге по улице.
- Так долго?! - я ничего не знал о родственниках старика, но бросить его просто так не позволяла совесть. Туповатым охранникам, подвизавшимся при антикваре, в этом деле доверия не было ни на грош.
- А что, наследство уже руки жжет? - с ноткой презрения бросил Степан Алексеевич Жедов, кажется, так гласила надпись на вывеске.
- Наследство?.. Простите, я вас не понимаю. Я его гость, он друг моих родителей. Теперь в свете болезни Георгия Иннокентьевича мне придется здесь задержаться до его выздоровления, поэтому и спрашиваю.
- Два-три месяца - это не до выздоровления, два-три месяца ваш знакомый проживет при надлежащем уходе, - с более благожелательными интонациями пояснил Жедов, - Ему почти восемьдесят пять, чего вы хотите в его возрасте? Предписания я оставил, рецепты тоже, будут ухудшения - зовите.
И оставил меня в чужом доме разгребать чужие проблемы.
На первое время деньги в кабинете дяди Жоры нашлись, из них же заплатил за визит врача. Начать осваиваться решил с привычных мне вещей - с артефактов. Потухшее после "отрицания" колечко после недолгих поисков обнаружилось укатившимся под диван. Кроме скупки ворованного слегший антиквар раньше баловался переделкой украденной ювелирки, сейчас уже нет - зрение подводило, но кое-какой ювелирный инструмент в его кабинете-мастерской сохранился. Расположившись за столом, приступил к изучению, аккуратно вскрывая слой за слоем.
Уже почти под утро разогнулся и со стоном отбросил раскуроченное украшение. Если выражаться языком Санни, то явный новодел, хотя и стилизовано под древность. Артефакты древних вообще были мифом, руноведение или, как его реже называли, арктефакторику как науку создал мой отец, выведя законы и обобщив устойчивые связки. За время его жизни из удела кустарей и магов-недоучек руны стали значимой отраслью наравне с машиностроением. В разобранном артефакте, несмотря на неизвестный почерк, все кричало о современном подходе.
Не все цепи удалось понять, но назначение приблизительно стало ясно - то ли медартефакт, какие делал один из известных в Европе мастеров, с которым отец состоял в переписке, то ли "энергетик", что, в общем-то, было одним и тем же, но с оговорками. "Энергетик" оказывал разовую стимуляцию на организм, медартефакты делались индивидуально под определенную болячку, хотя встречались и общего спектра действия. Колечко я бы отнес к мощным "энергетикам", то есть, улучшая самочувствие здесь и сейчас, оно сокращало продолжительность жизни.