– Дети! – машет он нам. – Садитесь быстрее! Мы тут уже тост придумали!
– Какой? – спрашивает Фил, усаживая меня.
– За то, чтобы в Новом году у нас было ещё больше поводов для дурацких пижам!
Все смеются. Лиля подливает шампанское. Брюнет осторожно убирает бокал подальше от неё. Фил наливает мне сок.
– Ты теперь пьёшь за двоих, – шепчет он.
Я смотрю на него. На отца с рожками. На Лилию, которая уже спорит с брюнетом о чём-то. На снег за окном. На огоньки на ёлке.
И думаю: какой же это был безумный, невозможный, прекрасный год.
План был прост:
1. Мажор играет моего парня.
2. Бывший злится.
3. Я торжествую.
А в итоге я получила мужа, семью, ребёнка и семьдесят два единорога на новогодней ёлке.
И ни разу не нарушила главное условие – не запрещала себе чувствовать.
– С Новым годом, моя строгая администратор, – шепчет Фил, чокаясь своей бокал с моим стаканом сока.
– С Новым годом, мой наглый мажор.
Куранты начинают бить. Мы целуемся. И где-то в холле, под ёлкой, один из семидесяти двух единорогов падает с ветки, но его тут же поднимает проходящая горничная и вешает обратно.
Всё идёт так, как должно.
КОНЕЦ