— Так и будешь молчать? Хватит корчить из себя припадошную.
Ливанова, оказывается, уже закончила играть, и уже даже занавес опущен, а я пропустила тот момент и не успела поаплодировать ей стоя. Устало выдохнула, покачала головой, показывая всем видом, как меня достала вся эта тема.
— Слушай, я тебе уже говорила…
— Я помню, что ты говорила, — бесцеремонно перебила она. — И я поверила. А мое доверие дорогого стоит.
— Сама требуешь ответа и сама же слушать не хочешь.
— А ты по существу говори. А не заученный текст, который в корне расходится с действиями.
— По существу? Ну по существу, так по существу, — внезапно разозлилась я. — Это он за мной таскается, а не наоборот! — в запале громко сказала. — А у меня, между прочим, парень есть. Так что, прошу тебя, держи своего Богданчика подальше от меня.
— У тебя? Парень? Хмммм, — с любопытством окинула меня с головы до ног и обратно. Показывая всем видом, что уж очень она сомневается в правдивости моих слов. — И кто он?
— Федоров Петр с третьего курса. Да какая разница кто? Я вообще не понимаю, почему перед тобой отчитываюсь.
— Не понимаешь? — она сделала шаг ко мне. — Не понимаешь? — вновь повторила. — А я тебе объясню, милочка. Потому что я могу щелкнуть пальцами, — и в воздухе раздался щелчок, — и твоего духа в универе не будет. И будто не было никогда в списках Швед Евгении. Доступно объясняю? — замолчала, вглядываясь в мое лицо, ожидая реакции на свой выпад.
А у меня все похолодело внутри. Я понимала, что это пустая бравада, что даже ей не под силу сотворить такое, но легче от осознания данного факта не становилось. А мерзкий озноб продолжал курсировать по позвоночнику, посылая не менее мерзкие мураши страха по рукам.
Я кивнула. Голос отказывал мне.
— Вот и замечательно, — она сделала шаг назад. — Я рада, что мы поняли друг друга. И, пожалуйста, не заставляй меня, приезжать сюда вновь! — развернулась и пошла в сторону своего автомобиля, потом остановилась. — Да, и надеюсь, у тебя хватит ума не появляться сегодня на вечеринке?
— Не волнуйся. Даже не собиралась, — спокойно ответила.
Ливанова еще раз на прощание окинула меня взглядом и ушла.
А я…я… мне захотелось срочно обо что-нибудь опереться или приземлиться. Словно вместе со своим уходом она забрала все силы, что были во мне десятью минутами ранее. И где-то на подкорке возник вопрос: "Что это за вечеринка такая, на которой будет даже Ливанова?" Но проходящая мимо однокурсница прервала мои размышления, что-то щебеча и утягивая за собой в общагу.
И только, когда Милана оказалась внутри салона своего автомобиля, смогла снять маску надменной стервы. А на смену ей пришла растерянная, обеспокоенная и съедаемая ревностью девушка. Швед сказала, что Богдан сам таскается за ней? Он? За ней? Что за новости? Зачем это ему? Неужто и правда запал? Спокойно, Мил. Спокойно. У Швед есть парень. Не похоже, что врет. Значит так, надо ее держать в поле видимости. И «помогать» отваживать нежелательного ухажера Макарова. Если он, конечно, действительно, нежелателен.
23
— Серый, давай вечеринку организуем завтра, — говорил Макаров в трубку, напряженно наблюдая за удаляющимися спинами Швед и Федорова.
— Вечеринку? Да не вопрос. А что за срочность?
— Охота.
— Ясно. Понятно. Чего ж непонятного, — хмыкнул Леснов в трубку.
— Но не в клубе. Давай на хате. Чтоб все свои.
— А что? Это идея. Давно мы вот так не собирались.
— Да, давно, — задумчиво протянул Макаров. — И слушай-ка еще. Сделай так, чтобы Швед там появилась.
— Чего? Сху*ли?
— Срояли. Надо.
— Бл*, Дан, она не пойдет. Как я туда ее затащу?
— Придумай что-нибудь.
— Это только, если ее с этой конопатой звать.
— С конопатой?
— Ну да. Ты не видел? У ее подруги на носу веснушек больше, чем у меня штрафов за превышение в том месяце, — заржал приятель.
— Не видел. Не разглядывал, если честно, — засмеялся Дан в трубку.
— Я тебе говорю. Посмотри как-нибудь.