Когда он все-таки вернулся домой, часы показывали уже двенадцать ночи. И вот рука тянется к телефону, открывает мессенджер, пишет "привет", подумав, меняет на "как прошел день?", через секунду и эти слова исчезают с экрана и появляется сухое "как дела?", впрочем, и это он отправлять не стал, а просто отшвырнул телефон.
Погоди-ка Макаров… Ты чего тупишь? Что с тобой такое? Что за суету развел? Она же девчонка, всего лишь девчонка! — уставившись в потолок, с легкой улыбкой на устах обрабатывал гениальную, с его точки зрения, мысль.
Если он все правильно рассчитал — а он уверен, что это так — через день, максимум два, Женя сама объявится. Так было всегда и со всеми. Повыпендриваются и нарисовываются — хрен сотрешь.
Но стирать Богдану ничего не пришлось — Женька не давала о себе знать. Да, черт, она попросту исчезла!
Дни его были загружены под завязку: учеба, тренировки, практика. Чем ближе становилась суббота, тем больше зверел тренер и гонял их как не в себя. Первый отборочный матч на кубок «Алтея» уже через несколько дней. Так что вечерами Макаров валился на кровать, не чувствуя себя самого. Но снова, и снова брал в руки телефон, порываясь позвонить Жене или написать, и вновь, и вновь откладывал в сторону, убеждая себя, что она такая же как все: еще день и она объявится. Но вот уже подкатила пятница, а от Швед по-прежнему ничего.
Пару раз он видел Женьку в универе, но она или была с Петрушей, или попросту не обращала внимания на Богдана. Это бесило, неимоверно раздражало. Но повторяя, как мантру "она такая же как все, надо просто подождать", он успокаивался.
И вот прошло семь дней. Семь, мати их итить, дней! А она продолжает молчать. Это игра такая? В чем причина? Богдан не понимал. Пытался понять, но не понимал.
Очевидно, чтобы то самое понимание приходило "легче", приходило "быстрее" мозг, как сумасшедший химик-лаборант добавил в этот стремный замес пару капель желания. На следующий день еще немного, потом еще, и еще. Пока наконец-то Дан не задымился окончательно. Каждый вечер засыпая на простынях, на которых брал ее, чувствовал ее аромат. И это заставляло его ворочаться с боку на бок, пытаясь запихнуть подальше картинки, что «услужливо» подкидывало ему сознание. А вчера вечером он психанул, вскочил с кровати, содрал простыни, наволочки, швырнул на пол, а сам развернулся и ушел спать в гостевую. Это все от того, что она рушила его план, от того, что пыталась навязать свои условия. А так Богдан не любил, — так себе, конечно, мыслишка, но за слабое успокоительное сойдет.
— Дан.
Богдан поднял голову, отвлекаясь от телефона. К нему уверенной походкой шла Милана.
Он только вопросительно поднял брови, не произнося ни слова.
— Ты куда пропал? — кинула сумочку на подоконник, около которого он удобно устроился в ожидании начала пары. — Мы совсем перестали видеться, — подошла вплотную, вклиниваясь меж разведенных ног Богдана. Провела ноготочками от плеча до руки, сцепив свои пальцы с пальцами парня, легонько сжав.
— Тренировки, учеба. Да сама ведь все знаешь, — безэмоционально пожал плечами.
— Знаю, знаю, Данчик, — вздохнула, прижимаясь еще ближе. Рука непроизвольно поднялась и легла ей на талию. А Мила наклонилась к его уху и тихо проговорила. — Но я скучаю. Мне не хватает тебя. Очень не хватает.
— Удивила, — хмыкнул Дан.
На что девушка заливисто расмеялась, будто, он шутку века выдал.
— Я удивлять умею, — промурлыкала с улыбкой. — Ты какой-то напряженный последнее время, — протянула руку и коснулась пальцами пряди волос на лбу Дана.
Парень только открыл рот, чтобы ответить, когда краем глаза заметил какую-то возню недалеко от них, а повернув голову увидел Женю, что подбирала свои тетрадки с пола.
Она выпрямилась и в упор посмотрела на Богдана, а он взгляд от нее оторвать не может. Но девушка меняется в лице и, демонстративно игнорируя, проходит мимо. А он не сразу понял, что стоит, все еще обнимая Ливанову. И положение тел у них не оставляет никакого сомнения в существующих взаимоотношениях.
— Черт, — выругался он, отодвинул Милану и направился в сторону аудитории.
— Что такое? — раздалось в спину.
— Ничего, — раздраженно бросил и зашел внутрь.