Честно скажу: Рязановы имели полное право высказать нам все, что они думают о газете. Спасибо вам, Василий Иванович и Нина Дмитриевна, вы были по–настоящему приветливы и отнеслись ко всему с удивительным юмором и терпением!
— Да уж, – усмехнулся Василий Иванович. – Сначала, как звонки пошли, мы опешили. Думали, разыгрывают нас. Потом – осерчали. Потом, звонке на двухсотом, честное слово, нам стало просто смешно.
Звонить Рязановым начали еще 23 января, самые нетерпеливые.
24–го Василий Иванович и Нина Дмитриевна устроили маленький семейный совет: позвонили одному из троих сыновей, Сергею, спросить, как быть. Он оказался в командировке. В тот же день товарищи по работе отыскали Рязанову номер «Комсомолки» и, прочтя попутно заметку «Как позвонить Полу Маккартни?», посоветовали: «Здесь написано: «минута разговора стоит три рубля» – открывай счет в банке, Иваныч…»
— Уже потом, когда Вася заметку принес, я стала каждому объяснять: это Москва, а вам надо в Лондон звонить. «Как?» – спрашивают. Вызывайте междугородную, заказывайте. – Нина Дмитриевна только руками развела. – Телефонисткой работаю.
Что спрашивали чаще всего? Просили прислать диски, записи, спрашивали о здоровье семьи Пола, интересовались планами на жизнь, просили автограф и точный адрес… Я торопливо записываю эти вопросы и ответы Рязановых:
— Это студия «Би–Би–Си»?
— Нет, Кузьминки! Звоните в Лондон, три рубля минута.
— Денег нам не жалко, позовите Пола!
— Алло, это кто? – уже Нине Дмитриевне. – Вы будете жена Маккартни?
И снова Василию Ивановичу:
— Как вы относитесь к конкурсам красоты?
— Они выходят довольно вульгарно, надо бы поскромнее…
— Вы любите Битлз?
— Я человек пожилой, мне ближе другие песни. А Битлз – это музыка наших детей. Мы–то знали другие песни. И времени другого.
…Семнадцати с небольшим лет он попал на фронт. Дали Рязанову вместо гитары в руки длинную винтовку.
Василий Иванович, чуть смутившись, достал из шкафа свой выходной костюм: орден Отечественной войны, «Знак Почета», перезвон медалей. Четыре года солдат Вася Рязанов шел по войне в одну сторону – на Запад, через Кенигсберг. Потом, после 9 Мая, его часть повезли в Москву.
— Думали, всё, домой! Нет, мимо, мимо… Словом, перешли мы границу в районе Пограничного, что на Дальнем Востоке, – и в бой, на самураев. С теми же песнями…
— И все же, любите современные ансамбли?
— Ну, как современные? «Верасы» люблю, «Песняры» слушаю с удовольствием.
— Знаете, многие с пониманием к нам отнеслись. – Нина Дмитриевна обязательно просила записать это. – Сочувствовали: «Ох, что у вас творится, но вы уж извините».
— Очень культурно говорили, – вставил Василий Иванович. – Много междугородных звонков. Из Одоева, Запорожья, Томска, Тулы… Звонили и пенсионеры, долго на свои невзгоды жаловались. Один так всю биографию рассказал: что знал Черненко и его сына… Сам с ним говорил. Одна девушка прямо восторгалась: «Вам повезло! Вы познакомитесь с Маккартни, напишите ему, он к вам в гости приедет!»
Его рассказ прервал новый «взрыв» телефона.
Заменив усталых хозяев, я сам взял трубку:
— Алло! Маккартни пригласите!.. Это вы?!
— Нет, корреспондент «Комсомольской правды». Вы звоните – в Москву… Оцепенение, тишина:
— А… где же Пол?!
— Задавайте ваш вопрос, мы ему все передадим! Только назовите себя.
— Витя из Краснодара, 16 лет: «Когда вы к нам приедете, Пол?» – И громко: – А вы точно передадите?
— Точно.
И еще одно. Мы вдруг спросили себя – ради чего эта встреча? Курьез? Маленькая сенсация? Нет, наверное, главное в ней другое. Мы еще раз увидели, как не хватает нам нормального общения. Как, оказывается, здорово – просто поговорить с человеком. Вдвойне здорово – оттого, что это можно сделать сегодня через тысячи километров, запросто. Вот только (и этому надо учиться) хорошо бы все же уметь отличать Лондон от Москвы, Токио от Нью–Йорка.
А Пол Маккартни, думаем, не будет в обиде за то, что поделился славой с Василием Ивановичем. Как, впрочем, и Василий Иванович не в обиде на Пола Маккартни.
P. S. Сам я также попытался принять участие в этом эпохальном событии.
Как водится, заранее приготовил вопрос на русском и (на всякий случай) на английском языке. Естественно, в день эфира прогулял школу. Даже разучил наизусть текст песни Back in the USSR. (Вдруг, думаю, представится возможность пропеть пару строчек.) Одного не предусмотрел…
В это сейчас трудно поверить, но телефонный разговор с дальним зарубежьем тогда нужно было заказывать заранее. Я же, ничего не подозревая, дождался время начала трансляции и позвонил на советскую телефонную станцию – тут–то меня и огорошили…