— Значит… просто «мужик», да?! Так и запишем, — поддразнила его Алёна, входя в кураж.
Алёна поставила кружку чая на стол и лениво потянулась, позволяя пледу сползти со свои ног в полупрозрачных чёрных чулках.
Она заметила, как его взгляд задержался на её длинных, стройных ногах, но тут же вернулся к тарелкам.
Возможно, он пытался убедить себя, что суп важнее…
Её это позабавило!
Алёна явно была из тех женщин, которые привыкли выглядеть идеально даже в моменты апокалипсиса.
Ухоженная кожа, точёная фигурка, мягкий аромат дорогого крема….
Она была всем тем, чего в его жизни никогда не было!
— У тебя талант, — чуть наклонив голову, произнесла она.
— Спасать тех, кто этого не просит? — усмехнулся он, не оборачиваясь.
— Нет, — с улыбкой ответила она — Быть таким… непроницаемым. Словно броня, а внутри… внутри тебя, как мне кажется, лава!
Он с прищуром посмотрел на неё но не ответил.
— Ты хочешь поговорить о том, что произойдет? — спросил он, после того как они пообедали.
Она откинулась назад, сделала глоток свежего горячего чая:
— Нет. Но спасибо, что ты вытащил меня… вовремя! — опустила она взгляд — Хотя об этом я и не просила.
— Это моя работа, — без эмоций ответил он — Я спасатель.
— И ты всегда такой… железный? — чуть прищурилась она, словно изучала его под микроскопом.
— Только с теми, кто заставляет меня выбить двери, — усмехнулся он.
— Значит, мне несказанно с тобой повезло? — неожиданно подхватила она его волну флирта… по тонкому льду.
Теперь, когда опасность миновала, мужик начал внимательно её разглядывать: утончённое лицо, слегка взъерошенные, блондинистые волосы до плеч, плоская грудь и… взгляд, в котором, похоже, скрывалось больше силы, чем она готова была показать.
Алёна была не такой, как те, которых он привык спасать.
Сложно было представить эту шикарную женщину — с её лоском и шиком — в состоянии полного отчаяния!
— Ты… необычная, — наконец выдал он.
— Это комплимент? — выгнула она бровь и наклонила голову набок.
— Скорее, наблюдение, — ответил он, глядя прямо в её глаза — Пей бульон!
Она рассмеялась, и её смех был сродни долгожданному дождю в пустыне.
— Значит, ты ещё и философ? — поддела его она, изящно опираясь локтями на стол — Может быть, оставишь мне свой номерок? Вдруг я захочу заказать спасение с супом на дом ещё разок?
Он осклабился:
— Только если ты пообещаешь больше не играться с газом!
— Договорились! Но ты должен также знать, что я не из тех, кто легко сдаётся!
— Я это понял с момента, как увидел тебя, — коротко ответил он и задержался взглядом на её вмеру накачанных губах.
Тишина между ними больше не была неловкой. Она ощущалась как пауза перед чем-то новым, перед тем, что оба не могли ещё сформулировать, но уже чувствовали.
Алёна встала, подошла к запотевшему окну летней кухни и, обернувшись через плечо, спросила:
— Как насчёт сбросить броню и вместе попариться? На моём участке есть как настоящая, так и инфракрасная сауна. Думаю, после всего пережитого банька нам обоим не помешает!
Он откинулся на спинку стула, скрестив руки на груди:
— Ты всегда идёшь так прямо к цели?
— Я привыкла не тратить время зря… А ты? Боишься жара?
— Только если его не выдержат стены, — усмехнулся он, поднимаясь с места.
В сауне было тепло, пар медленно наполнял небольшую комнату, обволакивая всё вокруг мягким туманом.
Мужик, в чём мать родила, сел на верхнюю полку, постелив на неё прежде своё полотенце.
Алёна вошла и плотно закрыла за собой дверь.
Внезапно в помещении стало ещё горячее и темнее!
На ней был лишь бюстгальтер — красно-чёрный, кружевной…
— Тебе не жарко? — обеспокоенно спросил он.
— Нет, в самый раз! — ответила она и взобралась на нижнюю полку, пристроившись между его бёдер, присела широкой попой на свои пятки.
— Какой он у тебя красивый! — вожделённо посмотрела она на мужское достоинство и с трепетом, как птенца, взяла его в ладони — О Господи, я не могу обхватить его пальцами одной руки!