Алёна посмотрела на него, чувствуя, как её мозг пытается обработать всё, что он только что сказал.
Их семейный портрет за его спиной вдруг показался ей жалкой пародией на семью из малобюджетной мелодрамы.
— Три года? — переспросила она, как если бы уточняла стоимость нового Майбаха — То есть, три года назад ты решил… что?
— Да, что мне нужно быть честным с самим собой, — дрогнувшим голосом ответил он — Я больше не могу жить так дальше!
Алёна не выдержала и рассмеялась… нервно и истерически.
— Ты живёшь с парнем? И решил сказать мне об этом за завтраком? Когда я пью кофе, за который плачу больше, чем твои «отношения с правдой» стоят?
Он попытался что-то сказать, но она его перебила:
— Окей, подожди. Ты хочешь сказать, что всё это время… ты был со мной, потому что… что? Это было прикрытие? Это… удобно? Или это просто такое хобби? «Жена для вида»?
— Нет, — энергично замахал он руками и схватился за голову — Алёна, просто я… правда тебя очень уважаю. Я действительно люблю тебя. Ты для меня очень важна. Но… это не то, что я хочу.
— Ага, уважаешь, любишь и ценишь?! — резко встала она из-за стола и окинула его презрительным взглядом сверху вниз — Да ты недомужик, ты… ты даже не размазанный авокадо на этом тосте! Пошёл вон, педик вонючий!
Вадим глубоко вздохнул, встал и тихо сказал:
— Я подам на развод. Думаю, так будет лучше.
— КОНЕЧНО! — вдогонку крикнула она — И не смей сегодня возвращаться домой, слышишь?!
Он ушёл, оставив на столе свой идеально поджаренный и намазанный тост.
Алёна взглянула на сей зелёный квадратик и внезапно остро почувствовала, как вся её жизнь разваливается на асимметричные грязные куски…
От бессилия она присела на диван.
Лабрадор Рокки подошёл к ней, вздохнул и положил голову на её колени.
— Ну что ж, друг мой, теперь нас двое, — прошептала она — Надеюсь, ты-то не собираешься стать кошкой?!
Её верный пёс чихнул.
— Как насмешка, — подумала Алёна и расплакалась.
***
Фасадная жизнь на поводке
***
На ошейник своего породистого лабрадора цвета мокко Алёна застёгнула поводок из мягчайшей итальянской кожи, стоящий больше, чем её первая в жизни машина.
Пёс радостно махал хвостом, предвкушая прогулку, а она… она смотрела на него с выражением человека, которого уже ничем не удивить — даже животной искренностью!
Элитный посёлок утопал в январской свежести.
Снег на газонах был белее, чем зубы её стоматолога.
Каждая изгородь выглядела так, словно её вырезали лазером, а вдоль дорожек стояли миниатюрные фонари, которые включались автоматически и, по слухам, могли подсветить дорогу даже самым затаённым мыслям.
Это был мир, где казалось, что всё работает идеально.
Только вот душа этой «идеальности» уже давно тяготила Алёну.
Пёс тянул поводок, а она механически шагала по расчищенным от снега дорожкам, с каждой минутой погружаясь в свои мрачные мысли.
Три года! Три е*баных года она прожила как зомби, пытаясь себе объяснить, почему её муж, некогда страстный, окончательно превратился в бесполого соседа!
После мастэктомии Вадим стал ещё более сдержанным, чем раньше.
Да, её тело изменилось, но он никогда не выказывал своего отвращения. Наоборот, был заботлив, даже обнимал, когда она не просила!
— Слишком заботлив, — произнесла вслух Алёна — Прямо как хороший друг-подружка… голубой… Тьфу ты!
Последнее заставило её усмехнуться. А ведь она списывала всё на свой успешно побеждённый рак груди, считая, что именно из-за этого удара их брак просто потерял физическую искру. Реально думала, что её новый «фасад» — только один оставшийся натуральный бюст и искусственная грудь — стал для него непреодолимым барьером!
Однако правда оказалась гораздо грубее и проще, настолько, что… прямо… КАРИКАТУРА!!