— Вот только улавливаю я за этим иной вопрос.
— Поражаюсь вашей проницательности, Сёриз.
— И не хотите снова кого-то случайно оскорбить, поэтому в своей последней реплике не решились его озвучить, остановившись на обращении? Хорошо, позвольте мне: «Так ли нужен этот ваш Директорат со всей этой сетью коммуникаций для контроля за этой урбматерией и этими разливами умбрэнергии?» А, ну и ещё можно дополнить каким-нибудь сопутствующим вроде: «Как же обходятся в городах поменьше и деревнях? Или там тоже есть свои общества?» Ведь так?
— Да, — Мартин осознавал, что Сёриз подгоняла разговор не только из-за жары, поэтому действительно был готов отложить эти вопросы ещё на несколько дней.
— Начнём с конца: где-то есть, где-то нет, но в большинстве случаев всё-таки нет. В сельской местности, среди полей и скота регулировать нечего.
— Забываешь об играх с кадастром.
— Правда, встречалось такое развлечение, но эпизодично. Пастораль редко родит эмпата-актора. И ни один из таковых, насколько можно судить, даже не задумался над чем-то вроде манипуляций с землёй Эльзаса и Лотарингии.
— Заодно уж объясни, почему в провинции с эмпатами туго.
— Потому что «туго» с пластами умбрэнергии. Нельзя сказать точно: то ли урбматерия её привлекла, то ли она привлекла урбматерию, но наблюдается корреляция между размерами и значением города и объёмами умрбэнергии под ним. И ведь подумать: тысячи, миллионы лет она ждала подобной сложной, сознательной организации вещества! Течение и тогда приливало попутно Луне, но на природе это, по всему видно, не отражалось, если, конечно, мы просто не видим эпического размаха последствий. Как тут не уверуешь в старых богов? Что до обществ в иных городах, то это больше любительские клубы, нежели серьёзные организации. И с этим поделать мы ничего не можем, поскольку нужна воля местных. Хотя по нашему настоянию в стратегически важных муниципалитетах — возьмём тот же Ле-Крёзо — правительство постановило создать интендантуры, способствуем им, чем можем. На пространный викторианский рассказ о том, как всё обстоит в иных странах, даже не надейтесь. Во-первых, связь поддерживаем от случая к случаю, обходимся без профессиональных альманахов и дипломатии. Во-вторых, подобные нам общества существуют, но где-то они находятся на нелегальном положении — как в Польше и Чехии, что не облегчает жизнь ни городам, ни эмпатам, где-то — как у вас в Лондоне, между прочим, — недалеко ушли от элитарных лож, где-то — распускаются и вновь собираются чуть ли не каждый год новым составом, где-то — заняты омузеиванием города, отдавшись натуральному консерватизму урбматерии, где-то — обходятся копированием нашей схемы, ну и где-то — неведомы властям, и об их существовании мы можем догадываться по косвенным признакам. И касательно последних замечу: властям — публика-то не в курсе ни про один из сортов. И нет, миноры не разбалтывают, им же выйдет дороже, поэтому-то нам было особенно неприятно, что те, в Нёйи, объединились не только между собой, но и с посторонними.
— Но должны же какие-то формации урбматерии у вас вызывать если не восхищение, то уважение и сопереживание?
— «Должны» — слишком сильное слово, но некоторая линия преемственности есть. Рим прозван Вечным городом не одной поэтики ради.
— Помнится, он меня оттолкнул. Вернее, я не смог его усвоить.
— Тогда вы кое-чего не знали. Что же ещё? Ах, конечно, Венеция. Но это долгая и полная трагизма история отторжения целого города. Его весьма странно обтекает мигрирующая по полуострову умбрэнергия, которая слабо смешивается с нативно присущей. Аппенины не позволяют прижиться акватическому дитя готики и Византии.
— Неужто и Зиммель из эмпатов? — буркнул Мартин. — Любопытно, не в этом ли некротическом процессе истоки культуры карнавала и театральности? Притворство в попытке обмануть рок, укрыть болезнь…
— Запомните эту мысль на будущее, она ещё пригодится, — Мартин понял. — А я тем временем интересными для наблюдения назову Вену и Барселону. Обе несколько различными путями, но идут к закреплению умбрэмпатов во власти — культурной и политической. В первой, собственно говоря, уже нашли самоопределение через отмежевание, во второй же к чему-то похожему, упоенному местного колорита, ещё предстоит прийти.