— В каком контексте? — спросил он.
Льюис смотрел на него так, словно решал — говорить или нет.
— В материалах по «Кругу Семи». — Его голос стал ниже. — Имя Нильса Линдгрена появлялось в наблюдении. Несколько месяцев назад. Не как жертва.
— Как участник, — перебил его Крис.
Холод окончательно впился в кости. Но Крис не был уверен, что это от погоды.
— И ты всё равно привёз её сюда? — продолжил Льюис. — В дом, где моя племянница спит в соседней комнате?
Серое небо над ними казалось ещё ниже.
Крис медленно выдохнул.
— Если ты хочешь идти к ней с допросом, — сказал он спокойно, — сначала расскажи мне всё, что знаешь.
Льюис сжал губы. Его плечи были напряжены так, будто он готовился к удару — или к признанию.
Ветер снова рванулся между ними.
— Ты совсем потерял чувство самосохранения? — его голос стал тише, но от этого только жёстче. — Или тебе просто нравится ходить по одному и тому же кругу?
Слово «круг» прозвучало тяжело. Почти случайно. Почти нет.
— Не начинай, — сказал он.
— Я как раз начинаю, — отрезал Льюис. — Потому что ты, судя по всему, не собираешься.
Ветер снова ударил, зацепил край худи Криса, пробрался под ткань, заставив его плечи непроизвольно вздрогнуть. Пальцы начали деревенеть. Но он стоял прямо.
— Эбба не из культа, — произнёс он спокойно. — Если бы ты поговорил с ней по-настоящему, ты бы это понял.
— Я не обязан «понимать», — резко бросил Льюис. — Я обязан предотвращать.
Он подошёл ближе, так что между ними осталось меньше шага.
— Её брат в списках. Он был на нескольких закрытых встречах. Фиксировался на периферии ритуалов.
Крис почувствовал, как внутри всё холодеет быстрее, чем снаружи.
— Ты уверен? — спросил он, будто слышит это впервые.
— Я не бросаюсь такими словами, — сухо ответил Льюис.
Секунда тишины.
Где-то вдалеке пролетела чайка, крик короткий, резкий, будто надрез.
— Она ищет его, — сказал Крис. — Она не знает, во что он вляпался до конца.
— А ты знаешь? — сразу отозвался Льюис.
Крис не ответил.
Льюис внимательно смотрел на него.
— Ты снова думаешь, что можешь всё контролировать, — продолжил он. — Что если будешь достаточно близко, достаточно внимателен, то удержишь ситуацию. Как тогда.
Это «тогда» повисло между ними. Крис сжал челюсть.
— Не смей.
— Почему? — Льюис не отступил. — Потому что неприятно слышать?
— Потому что ты не был там.
Слова вырвались раньше, чем он успел их остановить.
Льюис на мгновение замер. В его глазах мелькнуло что-то живое: усталость, злость, страх.
— Именно поэтому я сейчас здесь, — сказал он уже тише. — Потому что в прошлый раз меня не было.
Ветер утих.
— Ты не можешь притягивать к себе людей, связанных с этим, и делать вид, что это случайность, — продолжил Льюис. — Сначала Синди. Потом... — он запнулся, но имя всё равно прозвучало, — Трейс. Теперь Линдгрен.
Имя Трейса ударило неожиданно сильно.
— Перестань связывать его с этим, — резко сказал Крис.
— А ты уверен, что он не был связан? — Льюис смотрел прямо. — Уверен, что это была просто передозировка? Я не могу найти ни одних достоверных доказательств.
Тишина.
Двор стал слишком маленьким.
Крис почувствовал, как что-то внутри поднимается — не гнев, не страх. Что-то более тяжёлое.
— Если ты хочешь обвинить меня — говори прямо, — сказал он глухо.
— Я хочу понять, — ответил Льюис. — Потому что в отчётах, которые я читаю, слишком часто появляется наша фамилия. Ты как узловая точка.
Крис усмехнулся — коротко, без веселья.
— Узловая точка?
— Люди вокруг тебя оказываются втянутыми, — Льюис сделал паузу. — И культ это знает.
В груди стало тесно.
— Что именно ты хочешь сказать? — спросил Крис.
Льюис колебался секунду.
— Я хочу сказать, что ты для них не случайный человек. И если девушка с фамилией Линдгрен появляется рядом с тобой именно сейчас, когда активность «Круга Семи» снова растёт... — он медленно выдохнул, — ...это не может быть просто совпадением.
Холод наконец пробрался глубже. Колени начали подрагивать — не от страха, от температуры. Но адреналин всё ещё держал их на ногах.
— Ты думаешь, она пришла ко мне по их просьбе? — тихо спросил Крис.
— Я думаю, — ответил Льюис, — что кто-то очень аккуратно расставляет фигуры.
Слова повисли в воздухе, как конденсат.
Крис провёл рукой по лицу. Кожа была ледяной.
— Если ты сейчас войдёшь в дом и начнёшь давить на неё, — сказал он, — ты разрушишь единственный шанс вытащить её брата.