Облако приблизилось, сквозь снежную пыль проступали очертания великана с медвежьей головой. Любимец божий приготовился встретить испытание, но Войпель сказал хозяину: «Стой на месте и жди».
— Здравствуй, Манги, — крикнул пес. — Доброй охоты тебе. Я — Войпель, царь собак тайги.
Великан заревел по-медвежьи, но голос его показался Мэбэту незлым. Манги помнил имя и облик каждого зверя, и сразу узнал пса, прозванного Северным Ветром.
— Не трогай моего хозяина, прошу тебя.
Бог стоял неподвижно, будто думал о чем-то.
— Сохатый уходит, — вновь крикнул Войпель. — Добрая охота лучше мести. Не трогай моего хозяина. Он неразумен, как все люди.
Манги умел говорить, но презирал человеческую речь и потому не вымолвил ни слова. Он поднял глаза в небо, шумно втянул воздух и, разразившись гулким ревом, повернулся и пошел туда, где колыхалось исчезающее облако с рогами лося.
Слово великого пса перевесило грехи великого человека.
У духов обиды не было такого заступника. Видно, сами оказались грешны перед Манги, потому бросились бежать, забыв про месть.
Убегая, духи кричали Мэбэту:
— Не радуйся, не радуйся! Таких как мы впереди много, много, много…
Три волчьих чума
Из белой пелены возникла стая серых призраков и бежала вдали мерным неторопливым бегом, не приближаясь к человеку и псу.
— Кто они? — спросил Мэбэт.
— Не знаю, — ответил Войпель. — Вижу только — волки. Или похожи на волков.
Останавливался Мэбэт — останавливалась стая. Шли — и стая шла. От непрерывной ходьбы тяжестью налились ноги любимца божьего. Он давно потерял счет времени своего пути, потому что не было на Тропе дня и ночи, восхода и заката, солнца, луны, звезд и небесных мерцаний…
Зрела в Мэбэте тревога. Весь путь держал он пальму наготове и Войпель не отрывал глаз от врага, но враг не нападал. Тревога эта мутила Мэбэта больше, чем усталость. Поначалу терпеть помогала надежда на нечаянную удачу — дойти до пределов чума, ничего не утратив и не вступая в схватку. Но пределов не было, и тревога тяжелела. Мэбэт остановился и спросил у Войпеля:
— Ты видишь, где кончается этот чум?
Войпель помедлил и ответил со вздохом:
— Он уже кончился.
— Почему же ты не сказал мне?
— Прости, хозяин, — Войпель опять вздохнул виновато. — Граница была такой незаметной, что я решил будто мне померещилось. Или от ходьбы устал, или старый стал — выгонять пора… Но теперь понимаю: граница была, мы ее прошли и теперь в другом чуме. Что это за чум — не знаю, и духи эти мне незнакомы.
— Почему они не нападают? — спросил Мэбэт.
— По виду они волки, и охота у них волчья. Рысь, спрятавшись в ветвях, прыгает на добычу и убивает быстро. Медведь ударом лапы перешибает хребет. Но волки, коль добыча велика для каждого из стаи, гонят ее небыстрым бегом до тех пор, пока от усталости не задрожат ее ноги. Сам это знаешь… Увидит стая — сохатый совсем ослаб и не может копыто поднять, чтобы ударить — тогда нападают и растаскивают на куски. Верно, того же часа ждут и эти духи. Они не нападут, пока видят, что ноги наши хоть и небыстрые, но твердые. Ты — большая добыча для них.
— Тогда мы сами нападем, — решительно сказал Мэбэт.
— Не стоило бы этого делать, — проговорил пес, но хозяин его будто не слышал. Подняв оружие, он шел туда, где расплылось серое пятно. Тяжело и покорно Войпель побежал за Мэбэтом.
Ярость зажглась и распалила сердце любимца божьего, он двигался все быстрее, перешел на бег и скоро уже различал Мэбэт очертания острых морд — только были они короче, чем у земных волков.
Войпель и Мэбэт приближались все быстрее — и вдруг в стае прекратилось движение. Серое пятно замерло, покрылось множеством торчащих, настороженных ушей. Когда человек и пес подошли совсем близко — казалось, можно метнуть пальму и попасть — волки поднялась и, не спеша, затрусили вдаль. От этого бегства воспрянул Мэбэт, забыл об усталости.
— Они убегают, они боятся — догоним!
— Не стоило бы… — прохрипел Войпель, но хозяин опять не услышал его.
Так и не догнал Мэбэт серое пятно: видел перед собой — и не догнал. Устал, сел на снег — и тут же остановилась и села стая, оставаясь в прежнем отдалении.
— Пойдем обратно, хозяин, — сказал Войпель, — мы слишком удалились от Тропы. Нам не догнать этих духов. Чует мой нос — нам не уйти от них. Пойдем искать границу.
— Правда твоя, — согласился Мэбэт. — Пойдем искать… Пусть чего-нибудь случится. Так будет лучше.
— Так будет легче.
— Твоя правда…