Голос ее странно подрагивал, когда она задавала мне эти подозрительные вопросы, а дыхание становилось тяжелее. Сначала я не придал этому значения. До тех пор, пока планшет, который Хелена держала в руках, не полетел в мою голову, а с ее губ не сорвался крик.
– Я прошла все это из-за того, что ты решил, что эта вшивая книга важнее?! Ты совсем охренел?! Ты кем себя возомнил?!
Я застыл как вкопанный. Запущенный в меня планшет пролетел мимо и с громким треском встретился со стеной. Девушка, что еще мгновение назад выглядела до смерти уставшей, теперь стояла, испепеляя меня взглядом, словно разъяренная фурия.
– Бесстыжий! Бессовестный! Эгоист! Тебе вообще ведомо понятие человеческой совести? Ты же прекрасно знал, что я не справлюсь тут одна. И все равно бросил! И ради чего? Ради какой-то драной книги и вашего детского спора? Я думала, для тебя не существует ничего кроме твоей работы! Как же меня угораздило… Ты невыносим! Каждый раз, когда тебе нужна была помощь, я была рядом, чтобы помочь! Каждое утро встречала тебя, улыбалась, была милой, а на работе выкладывалась по полной, потому что ты ценил это. Я делала все, чтобы ты заметил мои старания. Заметил меня! И вот что я в итоге получаю! Какой же ты бесчувственный эгоист!
С каждым ее словом, я чувствовал, как будто молот опускался на наковальню. Вздохнуть не получалось. Странное чувство пронзило сознание. В недоумении я наблюдал, как пламя в ее глазах постепенно тухнет, сменяясь слезами. Пару мгновений странно нежный взгляд блуждал по моему лицу, пока не сменился уставшим безразличием. Губы ее дрожали, а напряженное тело начало расслабляться.
– Я устала, Роберт. Устала быть фурнитурой в твоем мире. Простая помощница. Блеклый и стерильный фон. Ты абсолютно безнадежен. Зря я старалась. Зря на что-то надеялась. Ты не видишь ничего. Ничего… абсолютно… ничего…
Голос ее почти перешел в шепот. Закончив говорить, она, постояв мгновение в тишине, порывисто схватила свои вещи и вылетела из помещения. Я же пребывал в полнейшем опустошении от ее эмоционального взрыва. Что она имела в виду? Сознание мое опустело. Я только и мог, что пытаться осознать произошедшее, глядя на дверь лаборатории.
Со стороны главного терминала раздались хлопки.
– Браво, Роберт. Вот это настоящее представление. Сегодня ты превзошел сам себя!
С монитора на меня взирал Мебиус во всей своей красе и медленно хлопал в ладоши.
– Жаль прерывать твои саморазрушительные мысли, но похоже тебе звонят. Полагаю, стоит ответить.
И вправду. Все еще пребывая в шоке, я не заметил, как зазвонил рабочий коммуникатор. Чисто механическим движением я принял вызов. Знакомое лицо главного секретаря директора филиала высветилось на экране.
– Мистер Карнелли. С возвращением. Вас ожидают в зале совещаний через пятнадцать минут.
Медленно кивнув, я закончил звонок. Схватив пару отчетов со стола и проверив данные на планшете, я направился в главный холл к центральному лифту. Только так можно попасть в переговорный комплекс. Дорога была недолгой, но сегодня показалась вечностью. Мысли закостенели и еле шевелились. Сознание пребывало в тумане. От нервозности я теребил и истязал пуговицы своей рубашки.
Доклады руководству – рутинная процедура, через которую я прохожу почти каждую неделю, однако сегодня все не так, как обычно. Все будто бы валится из рук. Мебиус, дуэль, книга, Хелена. Одно за другим – все идет наперекосяк. Это никак не укладывалось в голове.
Утопая в хаотичных размышлениях, я добрался до переговорного зала и занял свое место. Через какое-то время из потолка выехал проектор и напротив меня появилась реалистичная голограмма исполнительного директора.
– Господин директор, – вежливо поприветствовал я своего начальника.
– Роберт, – кивнул мне директор. – Мисс Вайт работает быстро, я просил ее связаться с тобой.
– Она предупредила меня, что вы хотели что-то обсудить со мной.
– Верно. Видишь ли, твои последние доклады и данные, которые мы собирали в ходе обучения проекта «Мебиус», очень заинтересовали совет директоров компании. Особенно после твоего последнего доклада. Это несомненно революционная технология. Ее потенциал огромен, но с большими ставками приходят и большие риски. Поэтому у совета возникли некоторые опасения.
Голограмма директора медленно встала и начала медленно обходить стол вокруг, пока проектор тихо жужжал, синхронизируя свое движение с проекцией.