Так, а теперь сосредоточимся на книге. Я разработал более-менее рабочий метод интеграции моей идеи в текст. Однако начнем, наверное, с плохих новостей.
Задумка с золотым сечением очень перспективна, но, как оказалось, у ее интеграции есть предел. Сначала я думал интегрировать эту пропорцию на всех уровнях текста и идеи, но попробовав понял, что текст становится слишком заковыристым для широкого читателя. Готов поспорить, что если принесу такое очередному напыщенному редактору или представителю издательства, то он высморкается в мою книгу и выкинет ее в окно. Это прямая дорога к проигрышу. Как бы мне ни хотелось окунуться во всю глубину и сложность своего подхода, но видимо придется делать текст более понятным, а мой взгляд – более гибким и изобретательным.
Теперь к хорошим новостям. Конкретные методы применения пропорции, после проведенных мною расчётов – впечатляют. Начиная от самой маленькой ячейки – предложения, и заканчивая самыми крупными структурами – главами, все подчиняется моему замыслу. Короткие и длинные сегменты чередуются, а каждая последующая глава немного длиннее, чем предыдущая в идеальном соотношении. Сюжет также теперь идеально развивается одновременно с героями, а кульминация занимает точно отведенное ей место в произведении – в третьей четверти.
Более того, я даже набросал небольшой отрывок, чтобы проверить теорию на практике. Отрывок вышел странноватый и корявый. Что-то нарушало задуманную мною гармонию, но я так и не уловил, что именно. Будто бы слова не выстраивались в цельную и живую картину. Размышления мои нарушил голос:
– Что это, Роберт? Неужели ты снова пишешь прямо во время работы? Это так на тебя не похоже. Я удивлен.
Встряхнувшись от неожиданности, я заозирался по сторонам. Ухмыляющееся лицо с пугающей осознанностью смотрело на меня с главного терминала, переводя взгляд с меня на отрывок на планшете и обратно.
– Так вот как выглядит твоя новая идея на бумаге. Честно? Я ожидал чего-то большего от тебя, Роберт. Ты так вдохновенно рассказывал о ней вчера, что я было решил, что ты придумал что-то радикально новое. Однако, похоже, ты так и не победил бездушность своей концепции.
– Что ты знаешь, – нервно сглотнул я. – Это всего лишь отработка теории, настоящий текст будет в разы лучше, а сейчас я даже не напрягался.
– Правда? Боюсь представить, что выйдет из-под твоего пера, когда ты начнешь писать в полную силу. Главное, чтобы у читателя не сводило мозг судорогами от обилия математических терминов. Ха-ха!
– Ты как-то осмелел, раз начинаешь так говорить со мной. Хелена, ты провела диагностику Мебиуса сегодня? Есть какие-либо новые подробности?
– Мисс Вайт уже давно ушла, Роберт. Ты уже два часа как сидишь один в лаборатории. Я уважаю твое увлечение работой, но ты даже не попрощался с мисс Вайт, а она долго пыталась достучаться до тебя. Я бы советовал тебе быть с ней более учтивым. Хорошие отношения в коллективе – это важный аспект.
– А я бы советовал тебе не лезть не в свое дело.
Взглянув на часы, я понял, что и вправду подзадержался. А казалось бы, рабочий день начался совсем недавно, но, похоже, погруженный в свои мысли, я не заметил, как он пролетел. Бросив на стол автоперо, которое сжимал в кулаке, я начал собираться. С каждым днем мне все меньше и меньше хочется надолго оставаться с Мебиусом наедине. Сегодняшний день не исключение.
В последнее время он становится слишком навязчивым и болтливым. Может, взять отгул на некоторое время и поработать из дома? Придется взвалить на Хелену еще больше работы. Ничего, как-нибудь переживет.
Поспешно собрав вещи, я скорым шагом покинул лабораторию. Кинув взгляд себе за спину, я наблюдал, как медленно затухает свет в помещении. Белое лицо с ехидной улыбкой – последнее, что медленно потухло, погрузив помещение в темноту. Еще один день закончился.
***
– Ты это серьезно?! Что-то случилось?
– Да, Хелена, извини, что так получается, но мне нужно пару дней поработать из дома.
– Ты себя плохо чувствуешь? Ты не заболел? Я могу прийти и поухаживать за тобой.
– Нет, нет, спасибо, все нормально. Просто мне нужно поработать кое над чем.