95. Майлз. Неполноценные доны
Со стороны входа послышался аккуратный стук, тут же отозвавшийся голосом Лоренцо:
- Доминус, позволите ли мне войти?
Наконец-то! Смесок как всегда старательно поклонился и мне, и ушедшему в тень Диевасу. Потом попытался прямо оттуда придвинуть себе кресло, стоящее у моей кровати, пас руки был очень явный. Но не вышло. Теоретически материя в палате валентудинария, если нет запрета доктора, подчиняется пациенту и всем его посетителям. А учитывая, что Карим при мне менял именно эту материю, запретов нет.
Но и догадаться, что произошло, несложно. Великий меч! Видимо, Габриль успела что-то изменить в конструкции. Я разницы не вижу, но поведение материи говорит само за себя. И как я, интересно, при таком её поведении должен скрывать её секреты? Только переводить акценты:
- Ну, - я внимательно взглянул на Лоренцо, – по тому, как ты не торопился ко мне, я ожидаю как минимум, что ты нашёл заказчика дуэли, которая чуть не стала для меня роковой.
Лоренцо поморщился, усаживаясь прямо на полу:
- Я пытался, доминус, но, к сожалению, это уже невозможно. Дон Йемайя слегка упал с лестницы и ближайшие пару месяцев не в силах никому ничего рассказать.
- Твоими стараниями упал?
- Нет. Могу предположить, что стараниями своих ликторов. Низкородные боевики, особенно успевшие доказать свою силу, сильно сердятся, если их дон оказывается фиктивным.
- Раз ты сомневаешься, получается, в этом его падении никто даже разбираться не стал? Доны закатного спустили такое низкородным?
Смесок усмехнулся, как мне показалось, очень довольно:
- Ну, дон, донам закатного, как и всем остальным донам, сейчас немного не до этого. Видите ли, после вашего с сеньором Диевасом ухода, Габриэль была слегка в гневе. Сильно так в гневе. И сначала потребовала предъявить крылья дона Йемайю. Отчего теперь всей академии доподлинно известно, что никакой он не высокородный. А потом она окинула очень пристальным взглядом остальных донов на трибунах, так что многие из них срочно решили, дабы не стать следующими исполнителями стриптиза, дать дёру. Буквально бежали, прыгая через ступени!
- Это я знаю.
- Но не знаете, что вслед за ними я пустил слух о том, что все бежавшие доны, конечно же, имеют такие же проблемы с крыльями, как Йемайя. Вообще каждый второй дон в академии.
- Ну, каждый второй – это явное преувеличение.
Лоренцо помотал головой:
- Это преуменьшение, доминус. Вы не представляете, дон, какая нынче это большая проблема для низкородных найти себе дона, который по крыльям действительно дон. За последние два года я выполнял такие заказы на проверку крыльев отпрысков высокородных кланов более десятка раз. Большинство юных донов, если их сбросить с высоты в безлюдной местности, эти самые крылья вполне себе раскрывают. Так вот, только двое из проверенных действительно оказались владельцами достаточно развитого узора, чтоб называться донами и иметь какие-то шансы построить в будущем меч.
Я задумался. Проблема действительно существовала. Дети от жены-смески иногда раскрывали крылья со слабо развитым узором. Но это можно было решить влиянием собранного меча. Малого или, лучше, великого. Связать клятвой, больше находиться рядом. И этого никогда не случалось, если у отца был собранный, неважно какой, меч. Так что в моём роду, где почти все мужчины отстроили, под влиянием деда, малые мечи, при мне таких случаев не было.
Может ли быть, что в других кланах эта проблема стоит намного острее? Что из 36 глубинных донов реально высокородными крыльями обладает, скажем, лишь половина?
96. Арманда. Надежда мира
===== Арманда =====
Видар ушёл, а я ещё некоторое время сидела всё там же на бортике беседки, пытаясь хоть немного подумать.
Не то чтобы я сомневалась… Просто со всей этой ситуацией, когда получается, что я вот так вот легко втягиваю в свои интриги мальчишку Кадеша, просто потому что мне захотелось защитить демона… Когда Видар верит в мою разумность… я слегка задумалась не подставляю ли своим влечением тех, кто мне доверился в более важном. От меня ждут свершений в сенате, в устройстве этого мира. Эста, Рик, тот же Видар.
А я собираюсь явиться к демону, опытному манипулятору, и выложить перед ним карты. Напрямую заявить: «ты мне нравишься»? Дать ему в руки рычаги использовать это моё влечение? Не влезу ли я со всем этим в петлю, которую не смогу распутать? А главное, не втащу ли туда на буксире тех, кто, по сути, зависит от меня. Просто по прихоти?! По взыгравшему гормону?!